Сделали просто то, что по тем позициям промышленности, которые Ленин и его марксистская гопкомпания произвольно считали чрезвычайно важными (производство чугуна, например), СССР вырвался вперёд. Зато полностью похерили другие, ничуть не менее важные элементы экономики государства – сельское хозяйство, лёгкую промышленность, пищевую промышленность (производную от сельского хозяйства). Ну вот взять хотя бы БСЭ, том 24-II, открыть страницу 208 и посмотреть таблицу 4 «Удельный вес отдельных отраслей по всей промышленности СССР». Что мы там видим? Мы видим, что самый большой элемент советской промышленности – это машиностроение и металлообработка (21,5%), на втором месте электроэнергетика (16,8%), на третьем – топливная промышленность (12,9%), за которой следует хим.и нефтехим. промышленность (9,4%). То есть 60,6% советской промышленности – это электростанции, добыча и переработка нефти, выплавка чугуна и стали, производство станков и тяжёлой техники (в первую очередь, военной). А доля лёгкой промышленности? Всего 4,4%. Пищевой чуть побольше – 7,9%, но всё равно, явно недостаточная. Что же удивляться в итоге, что СССР был калекой – с огромным количеством чугуна и танков, но совершено рахитичной промышленностью для людей.
Человеку разумному этих цифр достаточно, чтобы сказать. что в СССР была большая диспропорция между тяжёлой и лёгкой промышленностью. По сути, даже не будучи очевидцем жизни в СССР, уже на основе этих данных (официальных, советских, замечу) можно уверено сказать, что такая рахитичная отсталая лёгкая и пищевая промышленность никак не могли удовлетворить потребности 250-миллионного населения. А если учесть, что обычный человек в своей обычной жизни чаще всего сталкивается с продукцией именно лёгкой и пищевой промышленности, или, во всяком случае, именно продукция этих сегментов экономики (которая в СССР именовалась «Категория Б») в первую очередь влияет на качество жизни, то ничего удивительного, что ощущение от жизни в СССР было как от жизни в отсталой стране.