Ребята, лирическое отступление.
Вообще-то я этот случай уже однажды сделал достоянием общественности, но тема та канула в Лету, поэтому с позволения Букера я напишу еще раз.
Обычный вызов. Жилой дом на Гуданова, 11, рядом с 30-й больницей. Изможденная 76-летняя бабушка с переломом шейки бедра, у которой уже начались пролежни, а застойная пневмония в любой момент рискует осложниться отеком легких...
В принципе, скорый исход был ясен с первого взгляда, но я, не подавая вида, интересуюсь, какое лечение получает больная. Если честно, то я сразу заметил на табуретке на блюдечке половинки желатиновых капсул, но их сакральный смысл до меня дошел тогда, когда дочка рассказала, что из антибиотиков больная получает рифампицин по половине капсулы трижды в день...
С трудом сдерживая негодование, начинаю пояснять, что действующим началом капсулы является порошочек, который в процессе деления попросту высыпается. А желатиновая облатка позволяет порошку достичь в неизменном виде тонкого кишечника, где желатин растворится, а антибиотик всосется в кровь и начнет лечить, поэтому капсулу ни в коем случае нельзя повреждать, а следует принимать целиком. На это дочка невозмутимо отвечает: "Так врач же назначила по половине, как мы можем принимать целую? Она ведь тоже врач и что-то понимает!"
Пытаюсь достать из упаковки инструкцию к препарату и сослаться на нее. И тут меня ждет еще один сокрушительный удар, от которого я мгновенно потерял дар речи. Провизор, выдавая лекарство по рецепту, подтвердила назначение. На коробке с рифампицином от руки написано синими чернилами: 1/2 капс*3 раза в день.
Придя на работу через два дня, я увидел знакомый адрес в журнале смертей. Ничего удивительного в этом исходе не было. А вот разноцветные половинки желатиновых капсул на блюдечке, те самые, которыми лечили пневмонию, они у меня перед глазами постоянно стоят уже 15 лет! Так что не думайте, что я совсем уж не знаю уровня нашей поликлинической медицины. Или может кто-то захочет убелить меня в том, что за последние 15 лет этот уровень сильно изменился в лучшую сторону, и ничего подобного сейчас уже быть не может? С удовольствием послушаю ваши доводы!
Ребята, лирическое отступление.
Вообще-то я этот случай уже однажды сделал достоянием общественности, но тема та канула в Лету, поэтому с позволения Букера я напишу еще раз.
Обычный вызов. Жилой дом на Гуданова, 11, рядом с 30-й больницей. Изможденная 76-летняя бабушка с переломом шейки бедра, у которой уже начались пролежни, а застойная пневмония в любой момент грозит осложниться отеком легких...
В принципе, скорый исход был ясен с первого взгляда, но я, не подавая вида, интересуюсь, какое лечение получает больная. Если честно, то я сразу заметил на табуретке на блюдечке половинки желатиновых капсул, но их сакральный смысл до меня дошел тогда, когда дочка рассказала, что из антибиотиков больная получает рифампицин по половине капсулы трижды в день...
С трудом сдерживая негодование, начинаю пояснять, что действующим началом капсулы является порошочек, который в процессе деления попросту высыпается. А желатиновая облатка позволяет порошку достичь в неизменном виде тонкого кишечника, где желатин растворится, а антибиотик всосется в кровь и начнет лечить, поэтому капсулу ни в коем случае нельзя повреждать, а следует принимать целиком. На это дочка невозмутимо отвечает: "Так врач же назначила по половине, как мы можем принимать целую? Она ведь тоже врач и что-то понимает!"
Пытаюсь достать из упаковки инструкцию к препарату и сослаться на нее. И тут меня ждет еще один сокрушительный удар, от которого я мгновенно потерял дар речи. Провизор, выдавая лекарство по рецепту, подтвердила назначение. На коробке с рифампицином от руки написано синими чернилами: 1/2 капс*3 раза в день.
Придя на работу через два дня, я увидел знакомый адрес в журнале смертей. Ничего удивительного в этом исходе не было. А вот разноцветные половинки желатиновых капсул на блюдечке, те самые, которыми лечили пневмонию, они у меня перед глазами постоянно стоят уже 15 лет! Так что не думайте, что я совсем уж не знаю уровня нашей поликлинической медицины. Или может кто-то захочет убелить меня в том, что за последние 15 лет этот уровень сильно изменился в лучшую сторону, и ничего подобного сейчас уже быть не может? С удовольствием послушаю ваши доводы!
