"Перед праздниками — Новым годом, майскими, октябрьскими — нам завозили икру, которой тогда в магазинах не было, — вспоминает защитник ДК 70-х Стефан Решко. — Она недорого стоила — 5,50 за баночку. Можно было взять пару баночек красной, черной, другой дефицит — прибалтийские шпроты, паштеты. Для жен — французские духи. Плюс где-то раз в год привозили на базу ковры. Каждый мог купить один большой и один маленький. Или приезжал из Совмина человек: "Зима идет, дубленки нужны?" — "Да, было бы неплохо". И нам привозили турецкие дубленки по 270—300 рублей. Все это было благодаря тому, что первое лицо страны — болельщик. При Шелесте (предшественнике Щербицкого, — Авт.) такого не было. Его "пробить" было тяжелее. Но самое главное благо, которое мы имели, это возможность раз в пару лет покупать машину. В "Динамо" — такого нигде больше в Союзе не было — весь состав ездил на ГАЗ-24. В "Спартаке", ЦСКА, тбилисском "Динамо" новые "Волги" были у единиц. Они нам завидовали. Но мы ведь и выигрывали почти у всех. За победу в Кубке Кубков-75 нам больших денег не дали. Но мы попросили Семичастного, зампредсовмина, чтобы нам дали возможность купить машины. Очередь разбили до весны 76-го. Но когда мы обыграли "Баварию", Семичастный зашел в раздевалку, всех расцеловал, передал привет от Щербицкого и заявил: "Все свои вопросы вы решили сегодня на поле". Как сейчас помню, в 75-м "двадцать четверка" стоила 9162 рубля. Но ее можно было перепродать в несколько раз дороже и купить новую по номиналу. К слову, мы могли брать совминовские номера, начинавшиеся на "80", чтобы гаишники не останавливали. А в отношении квартир Щербицкий говорил: "Эти люди заслужили выбрать жилье в любых домах".
А я помню, что шкурки заячьи, особенно сейчас представляют наибольшую ценность.
