Почему, ну почему так ноет, так болит сердце?! Оно переполнено состраданием к одинокой в своем мужестве женщине, не побоявшейся бросить вызов и оказавшейся в своей дерзкой смелости сильнее, чем сотни мужчин. Сильнее тех, кто предал и тех, кто еще предаст.
«Если враг не сдается, его уничтожают», - провозгласил пролетарский писатель во время наивысшего пика репрессий и массовых убийств, развязанных «отцом народов» в 30-ых годах. Буревестник революции с подрубленными страхом крыльями этой фразой надеялся выторговать у кремлевского палача еще несколько лет бесславной жизни. А может, он просто боялся потерять сытый стол и многочисленную челядь, прислуживающую его семье? Очень надеюсь, что люди, которые пишут комменты в стиле «наконец-то, так ей и надо» под публикацией «Тимошенко в инвалидной коляске этапировали в колонию под Харьковом», просто боятся потерять жалкий кусок горького хлеба, которым власть оплачивает их постыдный труд. Потому что если ЭТО приветствуется искреннее, то наше общество поражено неизлечимым недугом, и мы действительно достойны той власти, которую имеем. Власти, для которой тюремные стены по жизни стали родным домом, власти, для которой психология лагерных вертухаев является высшей жизненной правдой. И по их психологии встреча Нового года в колонии – это высший акт гуманизма, ведь для них тюрьма всегда была домом.
Интересно, о чем думал Президент, когда под увешанной футбольными мячами йолкой записывал новогоднее обращение к украинскому народу? Торжествовал? Испытывал гордость от выполнения главной задачи своего президентства? Или все-таки, несмотря на так удачно оформленную месть , продолжал бояться хрупкую женщину в инвалидной коляске, которая все равно оказалась сильнее, чем свора трусливых шакалов и бультерьеров, с поджатыми хвостами охраняющих зыбкую стабильность власти?
А о чем думаем мы, вглядываясь в 2012? О том, что колокол звонит не по нас? И что Тимошенко, Луценко, Иващенко, активисты Налогового майдана и тысячи предпринимателей, которые сегодня сидят в СИЗО, просто потому, что не имеют денег для закрытия специально сфабрикованных против них дел, для нас чужие и их горе – это частное горе? Или о том, что они «виноваты, раз посадили»?! Точно также оправдывали свое бездействие люди и в начале 30-х – тогда, когда еще можно было остановить геноцид народов, когда можно было отстранить главного вертухая от власти. А потом – стало поздно. И миллионы людей сгнили в лагерях, сгинули в подвалах НКВД. И страна захлебнулась в крови.
У Украины в 2012 еще есть шанс изменить сценарий тоталитарной власти – объединенными силами совести, разума, гражданского достоинства и воли каждого думающего человека, отдающего себе отчет в тех процессах, которые происходят, провести честные выборы и изменить политический ландшафт. Чтобы потом не стало поздно. И чтобы звон колокола не раздался в каждом доме, в каждой семье. Ради своих детей, ради будущего каждого из нас – мы должны и обязаны использовать этот шанс. И так будет, я верю.
