Alex Petrov додав 6 нових світлин — разом з Денисом Шеломієнком та 2 others.
1 год. ·
Это был поразительный военный симбиоз, которого собственно не должно было существовать исходя из того, какие подразделения в нём участвовали?! Полк НГУ "Азов", батальон НГУ "Донбасс", наш мотопехотный батальон, который после двух месяцев проведённых в Авдеевке и её окрестностях, удостоился от оккупантов звания - не адекватный. (Конечно, ещё бы, учитывая сколько крови мы им попили тогда?!) Легендарная 79-ка. Отдельные подразделения НГУ. Восьмая рота ПС "Аратта" и кое-кто ещё, кого там не было, потому что и быть не должно было...
Все со своим уровнем подготовки, боевого опыта и да, количеством военных тараканов в голове.
Но наверное там, под Широкино, на командном пункте, который впоследствии посетили наш Президент и сенатор Маккейн, я увидел нашу общую с вами мечту, единую Украину. Никто не тащил одеяло на себя и не мерялся красотой и пафосностью шевронов, потому что рядом с тем или иным патчем, на рукаве был флаг нашей любимой страны. Пахали как заведенные. Круглые сутки. Пол года без остановки. И наши батальонные корректировщики Пилот и Борода (Царство им Небесное) наводили минометы Азовцев, Донбассят, наших Сарматов и кого-то ещё.
- Так хлопчики, тут какая-то зэушка (зенитная установка ЗУ 23-2) появилась мутная, а ну-ка запишите координаты, - и невысокого роста, разменявший шестой десяток старший лейтенант Щербак Дим Димыч, с позывным "Пилот" начинал диктовать в эфир цифры.
Борман и Волен, два артиллерийских "лопоухих вычислителя", с шевронами Азова, склонились над картой и планшетом. Высокий, подтянутый полковник с позывным Ива (заместитель нашего Соболя), в своё время командовавший одной из бригад реактивной артиллерии, сразу же взял негласное шефство над ребятами ответственными за расчёты всей артиллерийской лабуды. И сейчас он как строгий наставник, молча наблюдал за тем, как его подопечные расчитывают вводные для миномётной батареи. Борман, совсем ещё юный блондин аж подпрыгнул от радости на стуле и протарахтел своим звонким, мальчишеским голосом,
- Пал Антоныч, достанем. Вашими Сарматами достанем! - и замер, глядя на полковника.
Ива склонился над планшетом, бросил беглый взгляд на расчёты и довольным голосом крякнул,
- Молодцы! Правильно! Работайте!
Он ещё не успел договорить фразу, а Волен с Борманом уже в порыве этого дурного боевого азарта, когда глаза горят и адреналин зашкаливает на показаниях всех возможных столбиков, чуть не разорвав надвое тангенту рации, начали диктовать в эфир цифры установочных данных для миномётчиков, вернее диктовал Волен. Он первый схватил рацию пока Денис (Борман) сверкая радостной улыбкой замешкался на доли секунды.
- Сарматы 1, Сармат 2. Волену?!
- На связи.
- Цель номер девять. Дирекционный восемьдесят пять. Дальность две восемьсот пятьдесят. Навести.
И спустя пару минут, в общем людском шуме, который постоянно царил на КП, из динамика одной и десятка постоянно работающих и что-то орущих раций раздавалось,
- Сарматы к стрельбе готовы.
Волен, держа в обоих руках рации, поднес ко рту левую руку с зажатой в ней тангентой и отдал минометчикам короткую команду,
- Сармат 1, две мины огонь. - и сразу же своим спокойным голосом, сказал во вторую рацию, - Пилот, я Волен. Две мины ушли. Наблюдай.
- Пилот плюс.
Среди стрелковой трескотни в районе Широкино, немного приглушённой из-за расстояния раздался сдвоенный характерный взрыв.
Шшшшдах. Шшшшдах.
- Северней 50 и плюс 30, - Дим Димыч сразу же скорректировал второй залп и снова миномет "выплюнул" две мины. Через несколько секунд, в эфире раздался такой знакомый, с хрипотцой и немного дребезжаший голос Пилота,
- Отлично. Насыпайте парни.
Тут уже Волен замешкался, Борман схватил со стола рацию и немного картавя затарахтел сбивчиво.
- Сармат 1 и 2. Беглым, по четыре мины. Огонь!
Зэушку со всем её двуногим хламом отминусовали. И так постоянно. Разведчики сообща о чем-то шушукались, тыкая пальцами в экран ноутбука на котором были данные принесенные "сорокой на хвосте", а затем исчезали в ночи, чтобы вернуться с первыми лучами солнца, сообщить Соболю или другим старшим офицерам результат своего вояжа и сразу же рухнуть спать на пару часов. А затем снова планирование и выход в ночь.
Медики, опять же общими усилиями спасали раненных и изо всех сил, со слезами на глазах пытаясь спасти тех, из вгляда которых уже навсегда уходил свет.
Связисты не сидели надувши губы от своей невозможности, а так же помогали друг другу.
- Река, Река... Ответь Утёсу, - угрюмый двухметровый крепыш с позывным Рэдис, сотник Азова, которому на тот момент было всего лишь двадцать три, монотонным голосом вызывал ребят на позициях в Широкино, - Река, Река... Ответь Утёсу.
Рация молчала. Рэдис молча встал из-за стойки с радиостанциями и так же молча стал надевать бронежилет.
- Ты к своим?
- Да, а что? - ледянным голосом ответил сотник.
- Ничего такого. Возьми нашу рацию. Позиции в низине, ваша скорей всего не добивает.
- А какая разница, рации же одинаковые? - Рэдис недоверчиво смотрел на меня.
- Почти одинаковые. Но у нас другой диапазон и антенны другие. Попробуй, а вдруг?
Парень хмыкнул себе под нос, но рацию взял. Через сорок минут Река вышла на связь...
Вчера, в годовщину Широкинской операции, мы с Рэдисом и другими парнями из тех подразделений, что были там, снова пожали друг другу руку, как старые и добрые друзья. Хотя, почему как?! Это больше чем самая крепкая дружба. Боевое братство!
Короткая официальная часть и после чаепитие в кругу боевых друзей на одной из баз Азова. Пообщались и поделились впечатлениями от "реформ" в армии.
(Здесь я вообще ничего не понял. Или я идиот, или мы все служим в одном подразделении?! Претензии к армейскому долбоебизму идентичны, буква в букву!)
А после, еще несколько раз обнявшись друг с другом, разьехались по своим подразделения!
Мы победим только будучи вместе, сжав всю свою мощь в единый, стальной кулак! И удар такого кулака орда почувствовала на своей шкуре в Широкино в первой половине 2015 года...