я первый раз задумалась об усыновлении, когда после удаления аппендицита в 20 лет несколько лет мучалась со спайками, постоянно болел живот, уколы, физиотерапия, и слова "доброго" гинеколога "да, деточка, забеременеть тебе трудно будет". Ну, в 20 лет как-то мне это трагедией не казалось, т.к. детей я особо никогда не любила и не хотела пока. в 22, когда познакомилась с мужем, честно сказала, что могут быть проблемы с деторождением. Помню, как мы сидели тогда на берегу Печенежского водохранилища, на закате. Он ответил, что это ерунда, все получится, ну а если не получится - усыновим. но все равно предохранялись, т.к. сюрпризы тогда были совсем не " в кассу"
Через 3 года получилось с первой попытки, хотя нервы врачи попортили своими прогнозами и предсказаниями долгого лечения. Рождение сына было самым ярким и главным событием в моей жизни. когда ему было 3 месяца, мы сделали прививку акдс, и я всю ночь качала его кричащего на руках, т.к. его колбасило от температуры. мне в голову полезли мысли "интересно, а детдомовским детям всем в один день делают прививки и они плачут все хором?", "а кто их всю ночь качает на руках, когда они плачут?". Мысли, подобные этим, начали лезть в голову все чаще, когда я кормила ребенка грудью, играла с ним, гуляла. Когда ему было 4 месяца, я узнала из СМИ о ребенке, от которого отказалась мать. Я не буду рассказывать подробности, т.к. это долго и нелегко. Ну узнала и забыла, т.к. забот хватало. Но почему-то в голове все чаще появлялись мысли "вот бы нам второго пацана, было бы 2 братика". Озвучила это мужу, реакция была адекватная - сейчас не время. Ну да. Первому реребнку полгода. Работа, планы. все логично и правильно.
Уже не помню, как я попала на сайт об усыновлении. Сначала просто читала истории. Ревела. Потом зачем-то начала добавлять в избранное ссылки на законы об усыновлении в Украине, иногда заходила почитать рассказы приемных родителей и посмотреть фото приемных детей на форуме. Все потихоньку налаживается с бизнесом и жильем, сыну почти год, все хорошо, живи и радуйся. Однажды ночью, перед сном, открываю газету, которую не читаю в принципе, случайно ко мне попала, и на меня смотрит тот самый мальчик, о котором я прочитала 7 месяцев назад. он все еще один, в больнице, не нужный никому.
Это не была любовь с первого взгляда, "озарение", и т.д. Я просто ясно поняла "внутри", что я могу и хочу это сделать. Самое непостижимое для меня до сих пор это то, что муж понял меня с полуслова, когда я просто молча показала ему фото мальчика и спросила "а может..?". Ну дальше знакомство с ребенком, который находился в тот момент в больнице, т.к. были серьезные проблемы. Реальность оказалась жестче газетного фото, но когда на меня посмотрели испуганные глаза, и две ручки крепко обхватили за шею, едва я только наклонилась над его больничной кроватью, я поняла, что уже никогда не смогу сделать шаг назад, как бы страшно мне не было.
Разговоры с врачами, непонимание, зачем мне, кормящей матери годовалого кровного ребенка это надо, сбор документов, разговор с главврачом детдома, опекой - адекватные люди. Медсправки, подготовка к суду. Раз в неделю ездим к нашему мальчику, увы, он нас не узнает, т.к. весь в своем мире, в глаза не смотрит, не разговаривает, когда его достают из кровати (в 2 года 8 месяцев!) и отпускают поиграть – забивается под стол, отворачивается от всех, раскачивается из стороны в сторону и рвет бумажки. Начинаю рыть инет, через пару недель начинаю разбираться в дифференциации умственной отсталости от задержки психического развития, истинного аутизма от парааутизма (приобретенного) и RAD (расстройство привязанности) от госпитального синдрома. Понимаю, что будет нелегко, страшно, но все поправимо.
Задержка психоречевого развития была 1.5-2 года, т.е. в 3 года ребенок был развит на год-год и 3 месяца по речевым, психомоторным и социальным характеристикам. Забегая вперед, скажу, что лечились мы частным образом, неврологов, невропатологов и психологов пришлось сменить немало, т.к. едва услышав про приемность, начинали сваливать именно на это конкретные проблемы. Повышенное внутричерепное давление? Невнимательность, плохой сон, тики? ну а что вы хотели, Вы же не знаете, что там за родители? С такими врачами мы расставались сразу и без сожаления, т.к. как бы не «отжигал» мой ребенок, я всегда знала, что он – нормальный, и все будет хорошо. Просто нужно время. Занимались усиленно каждый день. В районной поликлинике на приеме у невропатолога мы появились только через 2,5 года, когда ребенок «догнал» свой возраст, чтобы получить заветную строчку в карточку «развитие соответствует возрасту» и отнести ее в садик.
К вопросу от генетике приемных детей. Мне задавала этот вопрос в лицо медсестра в больнице, где лежал наш сын. Ну что я могла ей ответить? Только то, что про его генетику я действительно ничего не знаю, зато очень хорошо знаю про свою и своего собственного ребенка. Мой отец умер от 3-го инфаркта, не дожив пару дней до операции по удалению рака желудка, с маминой стороны все мужчины в семье по дедовой линии крепко выпивали, запойно, с кодированиями и срывами, и трое из пяти братьев, включая деда, умерли от рака. Мне при таком раскладе лучше было бы не рожать, а завернуться в простынку и медленно ползти на кладбище, к земле привыкать...
Жизнь вообще страшная штука, т.к. от нее умирают.
Про любовь. Она не приходит просто так, по заказу. И без нее можно жить какое-то время, просто делая, что нужно, не мучая себя вопросами «а любит ли он меня», «а люблю ли я его». Какая разница, что от этого изменится? Все равно я также буду учить его жевать еду в 3 года, а не глотать куски, объяснять разницу между да и нет, назначение горшка и соответсвующих органов его тела, и отмывать его пару раз в день, пока не поймет. Укладывать спать, сама предварительно выпив персена и валерьянки, чтобы не начать реветь от вида раскачивающегося ребенка – первые пару месяцев он мог засыпать только так, укрываясь одеялом с головой, угол одеяла в рот, и раскачивался всем туловищем, лежа на боку. Качать себя на руках он не давал, я могла только сидеть рядом, похлопывать по спинке и петь песенку. Прошло полностью где-то через год.
Говорить или не говорить о приемности – каждый решает сам. Если бы я усыновила младенца, я может быть и подумала бы о сохранении тайны усыновления. В нашем случае этого не получится по ряду причин, хотя ребенок не помнит свою прежнюю жизнь до усыновления вообще. Но люди-то помнят, что у нас раньше был один ребенок, а потом стало вдруг два, причем второй старше первого…
и менять город после усыновления мы не стали…родные и друзья у нас оказались адекватными, это радует, а мнение всех остальных мне не важно. Ребенок пока не знает о своей приемности, т.к. попытались рассказать, но он просто не понял смысл этой новой информации, психолог посоветовала пока отложить этот разговор, но в ближайшие полгода вернемся к нему, перед школой.
очень прошу не писать мне теперь слова "ты героиня, восхищаюсь, преклоняюсь,я бы так не смогла" и т.д. Никогда не говори никогда и ни от чего не зарекайся. Жизнь бывает очень разнообразной и причудливой, главное не бояться жить, и тогда все складывается само. насильно усыновлять никто не заставляет, поэтому никакого преодоления себя и героизма в этом нет. есть внутренняя потребность и понимание, что тебе нужен именно этот ребенок, и неубиваемая уверенность, что все будет хорошо.
