Рифморубка: шутки, экспромты, баталии...

[moreSun]

Навеяно вчерашним снегопадом и таким стихотворением

«Подхожу к рябине с намерЕньем»… (с)

РЯБИНА

Стала еще красивее
в праздничном снежном платье я -
вся в серебристом инее,
нежные жду объятия…

Вот Он - идет, шатается.
Ой, поскользнулся, падает.
Шарф на ветру болтается,
Волосы слиплись прядями…

Красные кисти взрогнули,
Ягодками алеючи,
Засомневалась, скромно ли,
Глазки поднять не смеючи.

Вот и дополз – дотронулся,
Жадно опору щупая,
Вынул подобье конуса
И обоссал…

Вот, глупая!

 

[Pelegrem]

Круговорот добра в природе.

И рябина алая зарделась,
Терапия от мочи плоды дала.
На коре прошла замшелость,
И рябина корнем вглубь пошла.

В даль, ушел, качаясь, странник,
Собираясь выложить свой дар.
Под ольхой присел избранник,
Из даров пахучих пошел пар.

Так журча и по дороге гадя,
Кое-где на куст слегка блюя.
Дел хороших много на день,
Совершал бухой лихой Илья.

 

[moreSun]

У нее даже рыбки в клетках,
Кошки в рамках,
И роз миллион
На обоях…
Цветут очень редко -
Все бутоны съедает гиббон*.
Да она их и не поливает
Ни слезой, ни хрустальной водой.
Даже рыбок кормить забывает,
Но любуется их красотой,
Их покорностью молчаливой,
Переливами чешуи…
Отпустить бы всех рыб в заливы!
По обоям пустить ручьи!
Оживить озорную кошку -
Нарожает пускай котят…
Вместо роз собирать морошку…
А гиббоны пусть в сон летят.

*Гиббон — элементарная частица, открытая во сне американским проповедником Виллардом Гиббсом (абсурдопедия)

 

[Pelegrem]

Безмятежность рыбки в клетке,
Жизнь собачья на цепи.
Люди все марионетки,
Кто в рванье и кто в парче.

 

[Джемма]

По обоям пустить ручьи!

Из даров пахучих пошел пар.

Как было тут отрадно!
А нынче - ретирадно.

 

[Pelegrem]

Как было тут отрадно!
А нынче - ретирадно.

Все в нашем мире равноценно,
Прошу смирится – се ля ви.
И прах, и золото бесценно,
Закат и яростность зари.

Но для философа конечно,
Не трудно видеть и в ночи.
Он мудростью как Авиценна,
Явит во тьме свои лучи.

Сложив сонеты и фаготы,
Гром из пригорка и ручьи.
Мелодии напишет ноты,
Вложив в уста свои стихи.

И мы смиренно принимаем,
Как откровенность этот дар.
Не все конечно понимаем,
Наверно разум слишком мал.

 

[moreSun]

Не все конечно понимаем,
Наверно разум слишком мал.

Яблочный запах и розовый свет
Комнату залил до дна
Снова шнурок развязался у кед -
След из тягучего сна
Тянется хрупкий, пьянит озорным
Первым несмелым смешным
Корчит мне рожи летающий мим
Кольцами выпустив дым
Можно поймать, ухватившись лететь
Мимо домов и церквей
Но не забыть бы и в полночь успеть
К паре гнедых лошадей.

 

[Pelegrem]

Корчит мне рожи летающий мим
Кольцами выпустив дым

В полночь проснулся из сна,
Древний лохматый друид.
Выпил всю бражку до дна,
И до утра снова спит.
Вяло сереет рассвет,
Как белизна мертвеца.
Кто-то читает завет,
Постно бубнит без конца.
Пыльный святой фолиант,
Весь перечитан до дыр.
Курит дымком фимиам,
Главный нелепейший мим.

 

[freeelefant]

...Вместо роз собирать морошку…
А гиббоны пусть в сон летят.

*Гиббон — элементарная частица, открытая во сне американским проповедником Виллардом Гиббсом (абсурдопедия)

Летят гиббоны и габбоны*,
Габбены** в "Набережной сна",
Налейте, что ли, мне бурббона***,
Лечу - меня вам не унять!

*Габбоны - элементарные представители вымирающего рода Габсбургеров,
**Габбены - элементарные обрезки габбеленов из спален вымирающего рода Габсбургеров.
***Бурббон - вид элементарного напитка, который пили буры на войне с бонами за здоровье вымирающего рода Габсбургеров.
(абсурдолоботопедия )))

 

[Pelegrem]

Летят гиббоны и габбоны*,
Габбены** в "Набережной сна",
Налейте, что ли, мне бурббона***,
Лечу - меня вам не унять!

В природе что-то изменилось,
Летают стаями как кенгуру.
Не чайки с криком горделивым, -
Гиббоны в небе поутру.
Не знаю, плакать, иль смеяться,
Их крики слышно за версту.
Как мессершмитты быстро мчатся,
Устроив в небе чехарду.
В пике заходят с громким воем,
И мечут вовсе не икру.
Быстрей в блиндаж не то накроют,
Бананов шкурки не люблю.

 

[Джемма]

Бананов шкурки не люблю.

Шкурки, мурки и окурки,
и огрызки штукатурки,
недоеденный вареник...

Актуален очень веник!

 

[Pelegrem]

Шкурки, мурки и окурки,
и огрызки штукатурки,
недоеденный вареник...

Актуален очень веник!

Заметки натуралиста.

Похоже, была знатная гулянка –
Погрызли на закуску штукатурку.
Бежали с фронта как подранки,
И хором на ходу орали «мурку».

Но что поделать жизнь диктует моду,
И в шлягерах отнюдь, увы, не Лист.
Коль шустрый ты ловкач от роду,
То гибким будешь словно глист.

Вареники и всякая закуска,
Не скроются от ловких твоих рук.
Сноровка - верная подружка,
Наладит быт и скрасит твой досуг.

 

[Джемма]

Заметки натуралиста.

Похоже, была знатная гулянка –
Погрызли на закуску штукатурку.
Бежали с фронта как подранки,
И хором на ходу орали «мурку».

Но что поделать жизнь диктует моду,
И в шлягерах отнюдь, увы, не Лист.
Коль шустрый ты ловкач от роду,
То гибким будешь словно глист.

Вареники и всякая закуска,
Не скроются от ловких твоих рук.
Сноровка - верная подружка,
Наладит быт и скрасит твой досуг.

Да вот от этих знатных от гулянок
природа плачет и стенает, как подранок...

 

[Pelegrem]

Да вот от этих знатных от гулянок
природа плачет и стенает, как подранок...

Не может плакать и смеяться,
Тот, чей простор весь целый мир.
Природа выше всех паяцев,
А человек лишь жалкий мим.

Фрагменту целого дивится,
Когда смеется, иль грустит.
И верит глупо, что десница,
Мольбы, услышав, дар явит.

 

[Джемма]

Не может плакать и смеяться,
Тот, чей простор весь целый мир.
Природа выше всех паяцев,
А человек лишь жалкий мим.

Фрагменту целого дивится,
Когда смеется, иль грустит.
И верит глупо, что десница,
Мольбы, услышав, дар явит.

Не поняла сего стихотворенья:
природа ведь - лишь Господа творенье.

 

[moreSun]

ОНА ХОТЕЛА ЛЕТАТЬ

Налейте, что ли, мне бурббона***,
Лечу - меня вам не унять!

Твои полоски синие на гетрах
стать могут взлётными -
чуть-чуть прикрыв глаза,
под звуки «Imagine»
звучанием оркестра
берёшь разбег и… мчишься в небеса.

Над улице,
над старой крышей дома,
словно весенний тёплый ветерок,
прозрачною беспечной хромосомой
учудишь в невесомость кувырок.

Отбросив гетры -
метры лишней ткани,
естественной природы не таясь,
бежишь пушистыми полями-облаками,
разбрызгивая облачную вязь.

Вспорхнёшь,
от краешка с разбегу оттолкнувшись,
и погружаясь в ультро-синеву,
влюблённый в жизнь,
всю душу распахнувши,
слезой счастливой падаешь в траву.

Картина Александра Сулимова. Его Галерея здесь:

⚠ Тільки зареєстровані користувачі бачать весь контент та не бачать рекламу.

 

[ункварт]

Вот так всегда,нам хочется летать,
отбросив чушь,про высоту и метры,
мы жизнь на прочность пробуем понять.
И отметая суету, и рвя тугие ветры,
душою, в небо, пробиваемся опять,
и презревая гравитации науку,
с балкона,вниз,мы учимся порхать.
Нам,как трамплин,элитной верхотуры,
руками возведённый "Нэбошкряб",
на поводу,безумственной натуры,
сознаемся.что все натуры-дуры,
превозмогая страх,сквозь слякотную хлябь
и к мокрому асфальту,сбросив гетры,
мы полетим,чтоб громкий сделать ляп...

"Безумству храбрых..."(это не моё)

 

[moreSun]

Вот так всегда - если летать, то ляп…
Обросив … что там у меня – копыта?!
Но вы, месье, забыли, что у шляп
поля широкие. Еще для колорита
добавим перьев, пятьдесят тугих шаров,
и юбку в стиле аля-одуванчик,
Можно лететь, касаясь облаков,
И приземлится где-нибудь на ранчо

 

[Pelegrem]

Не поняла сего стихотворенья:
природа ведь - лишь Господа творенье.

Наивно примерять себя к Творцу,
Вам это Джемма не к лицу.
Настолько велико сие Творение,
Чтоб говорить – всего лишь изъявление.

Вспорхнёшь,
от краешка с разбегу оттолкнувшись,
и погружаясь в ультро-синеву,
влюблённый в жизнь,
всю душу распахнувши,
слезой счастливой падаешь в траву.

Сквозь облака как свет явится,
Минуя тьму и тяжесть тысяч лет.
Чтоб конденсатом вниз разлиться,
Из спор земли подняться снова вверх.

Как карусель катает нас цикличность,
Из праха в пар и снова в тяжесть тел.
Пока мы живы, летать мечтаем птицей,
И о походке жаждем ****** преодолев.

 

[Джемма]

Наивно примерять себя к Творцу,
Вам это Джемма не к лицу.
Настолько велико сие Творение,
Чтоб говорить – всего лишь изъявление.

Себя к Творцу не примеряю.
Ведь я - творенье: свое место знаю.
И я - творенье, и природа,
и звери, и размеры года.