Где-то высоко над нами, в космосе, дракошкины соплеменники ещё вовсю сражались с моими, убивая друг друга ради того, чтобы завладеть необитаемым захолустьем в мало кому ведомом секторе пространства. Дракошка по-прежнему топтался на месте, вот я и пустил в ход фразу, которой нас обучили на боевой подготовке, — от этой фразы любой дракошка впадает в бешенство: «Кизз да йуомиин Шизумаат!» Она означает: «Шизумаат (наиболее почитаемый у дракошек философ) питается экскрементами киззов». А это всё равно что выступить с утверждением, будто мусульманин питается свининой.
От подобного кощунства дракошка в ужасе разинул пасть, потом захлопнул её, буквально побурев от злости: только что был желтокожий и вдруг стал буровато-коричневый.
— Иркмаан, глупый твой Микки-Маус есть!
Вообще-то я в своё время давал присягу не щадя жизни сражаться за множество предметов и отвлечённых понятий, однако сей достопочтенный грызун в их числе не фигурировал. На меня напал безудержный хохот, я буквально всхлипывал от смеха до тех пор, пока, совершенно обессиленный, не повалился на колени.
