Змінюй хід війни! Допомагай ЗСУ!

Мужики - кАзлЫ?

  • Автор теми Автор теми Аква)
  • Дата створення Дата створення

Мужики - кАзлы?


  • Кількість людей, що взяли участь в опитувані
    171
AquaMenthae, Вы не ответили на вопрос,почему Вы решили,что форум Ваш?
 
Иди в **** я хочу спать. давай соглашайся что ты ***** и забыли

Почему ты называеш свой попень ЖОПОЙ??? Неуважение к себе.. это ужо пипец...

Но если хочеш.. я могу в неё сходить, пару раз;)
 
Почему ты называеш свой попень ЖОПОЙ??? Неуважение к себе.. это ужо пипец...

Но если хочеш.. я могу в неё сходить, пару раз;)

ох уж эти педики.... одни жопы голове. Нет спасибо, ходи куда ходил - в эдакое вникуда.
Короче. пошел в ****. я спать.
 
ох уж эти педики.... одни жопы голове. Нет спасибо, ходи куда ходил - в эдакое вникуда.
Короче. пошел в ****. я спать.

Можно было бы просто сказать:
Спокойной ночи!

Это больше его задело б:)
 
Он выпил свою текилу, раз, другой, третий. Он вертит в руках стакан и, глядя мне в глаза, задает вопросы самому себе: «Ну что, ну что мне делать? Я не хочу ее. Я не хочу ее уже пять лет». Люди за соседним столиком хохочут, какой-то скрипач изгибается на сцене, официантка задевает бедром его плечо – он улыбается, расцветает на ее «извините», он не может отвести взгляда от этой девочки в красном фартуке. Он хочет официантку. Но не хочет свою жену.

«Милая, добрая она, понимаешь? Мать моих детей, женщина моей жизни. Но сорок пять – это сорок пять. Это отвисшая *****, морщинки, складки под коленной чашечкой… Я выключаю свет, чтобы не видеть ее тело. Я закрываю глаза, чтобы представить ее юной. Не поверишь, могу теперь только под Антонова… Мне надо, чтобы вернулось то состояние, то лето, когда мы в Анапе ****ались день и ночь под вот это… Как там... «Как виденье неуловима, каждый день ты проходишь мимо». Знаешь, да?.. «Не умирай любовь, не умирай любо-о-оовь». Она обгорела тогда и все шептала: «Осторожно, только спинку не трогай»… Я хотел целовать ее спинку сантиметр за сантиметром. А сейчас для меня это просто спина. Спина сорокапятилетней женщины в пигментных пятнах, которую я не хочу трогать даже в темноте… Что мне делать?»

Мне неловко. Не хочется слушать эти пьяно-корпоративные откровения, не хочется верить этой мужской правде. Под Антонова… Ну не ***** ли? Я знаю, что он примерный семьянин. Он не уйдет. Скорее всего - не уйдет. Но я вижу, как жадно он смотрит на восемнадцатилетних девушек, как тает, когда они обращаются к нему. Он говорит с официанткой и даже протягивает руку, чтобы коснуться ее. Как слепой.

О, он все видит, этот слепой. Каждый день он собирает эти драгоценные картинки – светлый локон, выбившийся из прически; сползшая лямочка платья; стринги, выглядывающие из-под брючек; движения горлышка, когда девочка пьет свою колу. Коллекционер картинок. Жалкий старичок Плюшкин, он, наверное, перебирает свои сокровища вечерами, вспоминает все в красках, уворачиваясь от прикосновений опостылевшей супруги.

Но как я могу его винить за это? Разве можно приказать себе: «Хотеть! Стоять!»? Разве можно не замечать тонких рук той, в красном фартуке, которая так высоко держит свой поднос? И разве можно не сравнивать их с конечностями жены – когда она тянется на верхнюю полку за баночкой специй, мышцы ее предплечья свисают, как крылья летучей мыши. Они свисают у всех зрелых женщин, даже у Мадонны, которая проводит в спортзале по четыре часа в день. И что ты с этим будешь делать?

Он все понимает. И ему тоже грустно от того, что его нежность, его страсть уходят вместе с упругостью любимой. Это несправедливо, но так бывает. Просто когда мужчины в этом признаются, их называют подлецами. А женщины не признаются даже самим себе. Что же, казнить их за это? Призывать к совести и долгу? Шипеть: «Все они коззззлы»? Обижаться, как обижаются на дождь осенью?

Я думаю обо всем этом, я пытаюсь найти объяснение. А вслух почему-то спрашиваю: «Может быть, ты просто не любишь?» Он показывает на уши – не слышу, мол. И я, перекрикивая музыку, снова – «Ты не любишь ее уже пять лет?» Мне хочется найти самый-самый правильный ответ, который бы меня успокоил. Иначе что мне делать с тринадцатой главой первого послания коринфянам? Что мне делать с вечными словами «Любовь никогда не перестает»?

Мне нужен ответ, который бы все расставил по местам. Иначе окажется, что чистые, искренние чувства – это полная шняга, а жизнь – ******. И что любовь к женщине зависит от тонуса мышц предплечья.

«Да? - настойчиво спрашиваю я. – Скажи – да?» А он уже не помнит вопрос. Он смотрит на девушек за соседним столиком. Одна из них наклонилась к подруге, обхватила ее за плечи и что-то кричит, задыхаясь от смеха. Черт его знает, что он сейчас себе представляет.

Посилання видалено
 
Назад
Зверху Знизу