Да уж, если с понятием донжуанства мы тут более менее разобрались, то с понятия "стерва" пока не касались...
Так что идентичность пока установить трудновато...
Я, например, вообще не слишком понимаю, кто такие - эти стервы...
О Стервенении
Однажды в интернете я встретил весьма бурное голосование, задачей которого была попытка определить, – кто же такая стерва? Мне это показалось не менее странным, как если бы у людей спрашивали, что, по их мнению, является молотком и какими качествами он обладает.
Есть целых три версии такого действа. Первая: явление настолько редкое, что мало кто знает, что скрывается за этим названием. Например, если некто предложит вам сделать реллинг, то вам сначала придется понять, что это такое, и где это место, в которое вам сделают реллинг, и уж потом у вас придет понимание, как вы при этом будете себя чувствовать.
Вторая: явление это настолько обиходное, что под ним подразумевается все что угодно. И если «не дала», то стерва. Дала, но при условии – стерва. Дала, но не мне – стерва вдвойне. И так далее. Это как обзывать козлом: наличие рогов, копыт или вегетарианского образа жизни совсем не обязательно.
И, наконец, третья: это явление эволюционировало настолько, что оно требует уточнений, как слово «машина» ничего до конца не объясняет. Машина может быть и автомобилем, и трактором, и самолетом, и теплоходом, – и еще много чем, что работает и движется долго и безотказно.
С этой точки зрения голосование вполне оправдано, ибо важно понять, кто из двух более стерва: та, которая дает, но не мне, или та, которая не изменяет, но и не дает. Потому как машина – или пароход, или самолет, – но ни то и другое одновременно.
Люди частенько говорят много слов, ничуть не пытаясь проникнуть в их суть и понять, – а что они значат, эти слова? И бабушка на лавочке, когда говорит про «аморальное поведение» имеет в виду одно, а студент ПТУ – совсем другое, а политик – третье, а врач-венеролог – четвертое. И при этом смысл все время может меняться, и речь идет о разных вещах, хотя слово всё время – одно и то же.
Возьмем другой пример: с телеэкранов, в адрес тех или иных героев, мы часто слышим слово «****». Задумайтесь на мгновение, что оно может означать?! Если человек вдруг начинает палить из пистолета, то он ****. Если человек выкидывает фортель, – то он ****. И если наш герой прыгает с огромной скалы в воду, спасаясь от преследования, то он тоже ****. И, конечно, **** – это тот, кто не раз лечился у психиатра. Ребята, я уверен, что наш доктор был похищен зелеными человечками! – Ну, батенька, ты и ****, не иначе!
У всех этих стреляющих, прыгающих и верующих в инопланетян есть нечто очень общее, что дает нам право так вольно разбрасываться бытовым диагнозом. Общее – это тот факт, что их поступки или их образ мышления являются непредсказуемыми. Здесь дело даже не в том, что они странные или вычурные, а в том, что их никак нельзя предугадать. В этом и есть нечто общее между сумасшедшим, ход мышления и поступков которого противоречит всякой логике и здравому смыслу, – и тем, кто абсолютно здоров психически, но при этом действует в нарушение всех мыслимых стереотипов поведения.
Но вернемся к нашим окаянным стервам. За попыткой многих углядеть мелкий признак (не дает, гадюка семибатюшная), можно легко «не приметить» нечто гораздо более важное. И логика тут очень проста: как и в случае с психом, который может быть сумасшедшим, а может и не быть, стерва – это женщина, которая во всех объяснительных принципах сохраняет нечто очень важное. Не дала, и стерва. Изменила назло – стерва. Пилит вас почем зря – стерва. И если получает удовольствие от того, как унижает вас, то тоже стерва.
При этом, друзья мои дорогие, что особенно важно заметить, – каждый из этих поступков не дает нам права назвать ее стервой. Не правда ли? Посудите сами, что сказал бы каждый из всех тех, кто видел психа. Он палит почем зря направо и налево, скажет один. Вот это и есть ****. Нет, он ****, потому что ни один нормальный человек не сиганул бы со скалы вниз, – так скажет другой. И так далее. Так и со стервами: одному стерва, потому что не дала, а второму – что она посмеялась над ним. Третий же утверждает, что стерва – та, которая делает вам все назло.
Теперь я расскажу, что есть стерва на самом деле. Поступки стервы, их форма, и даже их содержание не имеют никакого основополагающего значения. Но важно только одно: стерва – это определение для любой женщины, которая взяла на вооружение (неявно или явно, желая того или даже вопреки себе) выраженно мужскую линию поведения, в основе которой заложена борьба, конкуренция, потребность в доминировании и стремление любыми средствами достичь поставленной цели.
В самом примитивном смысле стерва – это жена, которая вечно пилит своего мужа, вечно давит на мозоль его воспаленного самолюбия. Стерва – это та, которая унижает мужчину: всегда, при любом случае, беспрестанно. Это, так сказать, бытовая стервозность. Раз она это делает, – то она, как минимум, может себе это позволить. И мужчина ничего не может с этим поделать. Он может напиваться, бить кулаком по столу, бить жену, или не приходить домой, – это ничего не меняет. Стерва остается стервой.
В более продвинутом смысле стерва – та, которая поступает с мужчиной ровно так же, как он привык с ней поступать. И мужчина для стервы – точно такой же объект ****уального или социального интереса, как женщина для мужчины. Стерва знает, чего она хочет, и она готова заполучить это любыми путями. Для стервы нет никаких границ и табу, она может позволить себе практически всё. Её отношения к миру в целом, и к мужчинам в частности – очень утилитарны: ей нужно получить всё то, что хочется получить, – и цель оправдывает для неё любые средства.
Некоторые склонны считать, что стервозность – это словно бы бунт на корабле, что это попытка отомстить мужскому роду и выместить на нём всё зло за весь униженный и оскорбленный женский род. Но это всего лишь еще один частный случай стервозности. Есть такие мужчины, которые всю жизнь мстят женщинам, и есть женщины, которые мстят мужчинам. И это их частное дело и отношение со своим бессознательным.
В большинстве же случаев стервозная мстительность и желание досадить – это чисто мужская интерпретация. Стерва не преследует таких целей. Но если ей не нравится мужчина, или он ее разочаровал, то она с легкостью сменит его на другого. Она не только не боготворит его более, но и относится к нему ровно также, как он относился к ней. Мужчина для неё – как кастрюля с супом: он может быть вкусным или нет. Мужчина, как книга – или интересно его читать, или хочется взять и захлопнуть. Зритель, выключающий видео на половине, не вымещает зло на фильме: это вполне естественное нежелание продолжать дальше. Вот и стерва обращается с мужчиной так, как будто это кинофильм или статья в журнале.
Стерва – это всегда что-то конфронтационное, связанное с сопротивлением и борьбой, с атаками, нападками или враждебным отношением. Стерва – это поступок, выраженный или в словах, или в действиях, или в замыслах. Стерва – это близко к тому смыслу, какой мать вкладывает в слово «стервец», называя так своего сына.
Он может подглядывать в окно женской бани, истязать кошку, украсть коробок спичек, поджечь соседский стог сена, или просто делать что-то назло матери. «Стервец» означает: ты делаешь нечто из ряда вон выходящее, ты поступаешь так, от чего я прихожу в бешенство, ты прекрасно знаешь, что ты никогда и ни при каких условиях не должен этого делать. И стерва – это почти то же самое. То, что ты делаешь – это совершенно немыслимо, это абсолютно неприемлемо, – так чревовещает общество, по большей части мужское.
Кличка «стерва» – это акт общественного гнева, густо смешанного с бессилием и неспособностью что-либо с этим поделать. Называя женщину стервой, – мы просто расписываемся в своей беспомощности и отчаянии. Стерва – это явный диагноз тому, кто кипятится по поводу чьей-то стервозности. Не в ней дело, – но в том, кто видит в женщине стерву. Я негодую, но я беспомощен, и я не знаю, что с этим поделать, – вот что примерно говорят разоблачители и обвинители стерв.
При условии, что наша жизнь останется примерно той же, какая есть сейчас, – я рискнул бы утверждать, что стерва – это явление очень временное. Кому сейчас придет в голову беситься от того, что женщина надела брюки?! А ведь первую женщину, которая это сделала, едва не растерзали на улице.
Так что лет через надцать стерва будет явлением столь же обыденным, как и женщина в брюках, а само слово, возможно, вообще исчезнет из лексикона, или настолько поменяет свой смысл, что станет привычным и беззлобным, как слово «воздух», «человек» или «молоко».
Философ Василий Розанов написал однажды, что о сути мужской и женской психологии лучше всего скажут характеристики их половых органов. Возьмите набор эпитетов для каждого случая, – и это будет наилучшей описательной системой для мужского или женского психотипа.
И в этом смысле стерва – это женщина, для которой мужские эпитеты подойдут лучше, чем женские. Стерва психологически более мужчина, чем женщина. В физиологическом плане она полностью женщина, ничуть не утрачивая своего женского естества. Но в психологическом плане её начало – более мужское, чем женское. В основе которого, как я уже говорил выше, заложена борьба и соперничество, стремление доминировать и выраженная потребность любыми путями достичь поставленных целей.
В силу того, что стерва обладает массой очень полезных качеств, позволяющих ей достичь поставленных целей, имеется тенденция чуть ли не рекомендовать женщинам быть стервами. Я нахожу эту рекомендацию столь же странной, как если бы кто-то советовал вам стать психом. Психом можно быть или не быть, – но стать им невозможно. Со стервой чуть сложнее: и становиться стервой столь же бессмысленно и глупо, как глупо покупать молоток в надежде, что от этого в квартире организуются гвозди, которые нужно забить.
Гвозди – это цель, а молоток (стервозность) – это инструмент достижения этих целей.
Если же вы делаете целью быть стервой, то вас ждет сюрприз: вы начнете лупить молотком по своей собственной голове. Хотите стать стервой? Нет проблем! Поставьте себе несколько целей, которых будете добиваться во что бы то ни стало. И делайте это! А все остальное придет само собой.
Вит Ценёв, psyberia.ru
