К 15О-летию Антона Чехова.
Подробности детства Чехова просто невероятны
Александр Минкин: Книга «Нежная душа» состоит из текстов, написанных о пьесах и о некоторых спектаклях. Не о постановках «Вишневого сада», а о пьесе «Вишневый сад», где за 100 с лишним лет существования пьесы режиссеры мира не заметили многих важнейших, принципиальнейших вещей. И я горжусь тем, что мне как-то удалось не только вдруг (это совершенно случайно со мной случилось) их увидеть, но и написать так, чтобы было интересно.
Елена Рыковцева: Я бы тоже назвала это исследованием, безусловно.
Александр Минкин: Да. И я человек в данном случае нескромный, там есть открытие. Там есть два-три настоящих открытия, пусть литературоведческих, но есть. Так вот. Когда мы замечаем в пьесе, в тексте, как Лопахин, молодой, успешный предприниматель, миллионер, купец, отец и дед которого были крепостными, вот с него начинается пьеса. Еще не появилась Раневская. Это раннее утро, они ждут приезда... и Лопахин в разговоре с чужой горничной Дуняшей говорит вдруг, что его отец ударил по лицу кулаком, кровь пошла, и вот Раневская умывала его. Она была тогда совсем молодой. И он запомнил, как она ему сказала: «Не плачь, мужичок», - для него это важно. Потом, в середине пьесы купец Лопахин опять говорит: «Отец бил меня, и все палкой». И в третий раз, уже в финале он опять вспоминает, что битый Ермолай, он про себя в третьем лице говорит: «Битый, малограмотный Ермолай». Теперь я там пишу (и вам сейчас скажу, кто не читал), что Чехов – мастер лаконичных рассказов, он вырос на крошечных рассказах, где каждое слово ценно, потому что места ему отводили в газетах мало. Чтобы три раза сказать одно и то же... Случайно? Этого не может быть! Три раза Лопахин говорит, что его бил отец. Кроме того, никакого отношения, вообще ни малейшего отношения к вишневому саду, к событиям, к взаимоотношениям его это никакого не имеет. Это значит, что горькое, страшное детство Чехова...
Елена Рыковцева: Это уже личное.
Александр Минкин: ...прорвалось туда со страшной силой. Я занимаюсь не сбором каких-то подробностей личной жизни, а я смотрю, откуда это в пьесе. А вот это откуда. И становится ясно откуда. Потому что Чехов в своих письмах прямо говорит, а его брат вообще пишет, что Антон Павлович прошел эту страшную школу целиком, палочную, издевательскую. Его бил отец чуть ли не каждый день. Он засыпал с мыслью о том, будут ли бить завтра. И это чудовищное детство.
Елена Рыковцева: То есть горестная история с невнимательной женой тоже имеет какую-то параллель в пьесе?
Александр Минкин: Да, безусловно. Я иду от пьесы, а не копаюсь в личной жизни, сто раз вынужден это повторить.
Read more:
⚠ Тільки зареєстровані користувачі бачать весь контент та не бачать рекламу.
Under Creative Commons License: Attribution
