Статус: Офлайн
Реєстрація: 23.06.2010
Повідом.: 2488
Реєстрація: 23.06.2010
Повідом.: 2488
Она так и стояла, не садилась с нами за стол, чтобы быть поближе к мойке, чтобы сплевывать в раковину прожеванный торт… и даже, о Боги! Наше прекрасное французское вино, еще с той поездки… Я тоже торт не мог проглотить. Он был вкусный, сладкий и ароматный, с шоколадом. Но он застревал в горле, там же застревали слова. Минута молчания, вторая, третья. Где же эти чертовы дети, когда они так нужны, чтобы разбавить эту тягостную атмосферу? Страх, тревога и отчаяние. Но чертовы дети затаились в своих комнатах. Только телевизор в гостиной что-то бубнел. Тост за здоровье был самым первым, и его уже сказал С. Надо бы продолжить. Мы переглядывались. Практически ощупывали лица друг друга. Кто-то должен сдаться под перекрестным огнем расстроенных глаз… Под столом началась другая суета: этот толчок ногой в косточку от С., эта рука на моем колене твоя... Я разлил вино по бокалам, и над одним бокалом рука моя дрогнула, а вино пролилось. Боже мой. Я привстал, меня сразу усадили. И правда, к чему этот пафос? Я начал про жизнь, про здоровье, про время, про любовь, про надежду, про силу, про то, что все будет хорошо. Про ремиссию. Я говорил… И тут она взяла бокал со стола и отпила, и проглотила. Я замолчал, мы выпили. А потом ты вдруг и совсем уж не вовремя закашлялась. На твоем бледном лице выступил румянец, а на глазах заблестели слезы. Как ни крути, а слезы надо вытирать, без этого никак. И этот естественный жест убил нас всех и сразу наповал, мы раскисли. Нет, слезы мы внутрь загнали…
Торт никто не ел, вино больше никто не пил.
Потом к нам на кухню пришел Славик и положил на стол шашлык из мандаринов. На длинные вязальные спицы он нанизал самые красивые мелкие мандарины. Ты посадила Славика к себе на колени и начала расспрашивать о его непростой детской жизни. Славик был в настроении исповедоваться. Ему не нужны были наши советы и подсказки, ему было все равно, что мы о нем думаем. Он просто знал все про все, и просто говорил. Чтобы мы тоже знали. Конец света перенесли. Влад потерял свой телефон, потом нашел, а в середине между этими событиями плакал, как девочка. Татьяна Викторовна уходит из детского сада в декрет, скоро уже. Снеговик, который валяется возле подъезда, вчера был красивый, лепили аж три часа, но его разбили ногами, и он знает, кто. Подарки в этом году не очень хорошие, разве только приставка по делу. В копилке уже 435 гривень, но надо дальше собирать. Второй зеленый носок за диваном. Кот ел окрошку, а шоколадную конфету не ел. Лиза уехала в деревню, вернется на выходные. Мамины таблетки воняют. Он не спал всю новогоднюю ночь и хорошо себя чувствует… В общем, слова лились из Славика бессмысленным потоком.
Я снова наполнил наши бокалы вином, а один бокал чаем. Славик предложил тост за здоровье. Звякнуло стекло. Она отпила, мы отпили. Славик потянулся к торту, а она потянулась к крану, открыла воду и осторожно выплюнула вино в мойку...
Спустя время ты вымыла пустые сладкие тарелки, а С. положил в ведро пустую французскую бутылку. Пьяные и сытые засобирались домой. В прихожей поджидал Славик и всех по очереди целовал в обе щеки. Раз, два. Я потянулся к кошельку, достал деньги, вручил Славику «бумажку в копилку». И заработал третий поцелуй. И мне вдруг захотелось маленького болтливого ребенка, который в тяжелые и непростые времена расскажет про снеговика, Лизу и копилку, и разгонит своей глупой болтовней страх, тревогу и отчаяние. Мне кажется, дети как раз для этого и нужны…
Торт никто не ел, вино больше никто не пил.
Потом к нам на кухню пришел Славик и положил на стол шашлык из мандаринов. На длинные вязальные спицы он нанизал самые красивые мелкие мандарины. Ты посадила Славика к себе на колени и начала расспрашивать о его непростой детской жизни. Славик был в настроении исповедоваться. Ему не нужны были наши советы и подсказки, ему было все равно, что мы о нем думаем. Он просто знал все про все, и просто говорил. Чтобы мы тоже знали. Конец света перенесли. Влад потерял свой телефон, потом нашел, а в середине между этими событиями плакал, как девочка. Татьяна Викторовна уходит из детского сада в декрет, скоро уже. Снеговик, который валяется возле подъезда, вчера был красивый, лепили аж три часа, но его разбили ногами, и он знает, кто. Подарки в этом году не очень хорошие, разве только приставка по делу. В копилке уже 435 гривень, но надо дальше собирать. Второй зеленый носок за диваном. Кот ел окрошку, а шоколадную конфету не ел. Лиза уехала в деревню, вернется на выходные. Мамины таблетки воняют. Он не спал всю новогоднюю ночь и хорошо себя чувствует… В общем, слова лились из Славика бессмысленным потоком.
Я снова наполнил наши бокалы вином, а один бокал чаем. Славик предложил тост за здоровье. Звякнуло стекло. Она отпила, мы отпили. Славик потянулся к торту, а она потянулась к крану, открыла воду и осторожно выплюнула вино в мойку...
Спустя время ты вымыла пустые сладкие тарелки, а С. положил в ведро пустую французскую бутылку. Пьяные и сытые засобирались домой. В прихожей поджидал Славик и всех по очереди целовал в обе щеки. Раз, два. Я потянулся к кошельку, достал деньги, вручил Славику «бумажку в копилку». И заработал третий поцелуй. И мне вдруг захотелось маленького болтливого ребенка, который в тяжелые и непростые времена расскажет про снеговика, Лизу и копилку, и разгонит своей глупой болтовней страх, тревогу и отчаяние. Мне кажется, дети как раз для этого и нужны…
художки, нирваны... Тебя прикольнуло, а меня почему-то нет. Я люблю классические сюжетные картины, люблю красивые натуральные человеческие лица, тела. И простоту.