Otto Zaur ·
2 ч. ·
«В Благовещенске были найдены офицеры с граммофонными иглами под ногтями, с вырванными глазами, со следами гвоздей на плечах на месте эполет. Их вид был ужасен…» Белых офицеров, взятых в плен, не щадили: на плечах вырезали погоны, вместо звездочек вколачивали гвозди, на лбу выжигали кокарды, на ногах сдирали кожу узкими полосками в виде лампас. Раненых офицеров медленно сжигали на огне. Поэтому видя неминуемый плен, офицеры-добровольцы старались покончить с собой или просили товарищей пристрелить их во имя дружбы.
Во время наступления красных на Юге России: в Таганроге люди Сиверса бросили 50 связанных по рукам и ногам юнкеров и офицеров в горячую доменную печь. В Евпатории несколько сотен офицеров, после пыток, связанными бросили в море. Схожие зверства волной прокатились по всему Крыму: Севастополе, Ялте, Алуште, Симферополе и т. д. Страшные зверства творились на красном флоте. На гидрокрейсере «Румыния» пытали и расстреливали. На «Труворе» зверски измывались над жертвами: резали уши, нос, губы, половые органы, иногда и руки, а затем бросали в воду. На крейсере «Алмаз» помещался морской военный трибунал: офицеров бросали в печи, а зимой ставили голыми на палубу и поливали водой, пока они не превращались в глыбы льда. Это делали не фашисты, а обычные русские люди. При этом матросы зверствовали, к примеру, на Балтике, сразу после Февраля, до Октябрьской революции
