помню, я как-то ударился мизинцем ноги о
диван, и перед смертью он рассказал мне
душещипательную историю. всё то время, что
он рос и плесневел у меня на ноге, он
страстно любил одну женщину, но не мог
ничего поделать, ибо сотни тысяч километров
разделяли его с ней. она была роскошна:
изгибы ее фигуры напоминали кротов,
бреющихся газонокосилкой, а в глазах её
тонули пакетики чая. да — она была большим
пальцем, растущим по ту сторону ступни.
после этого откровения мизинец взял пакет,
надул его, лопнул и умер. не сдерживая слёз
и разъярённого бульдога в роддоме, я
схватил мачете и принялся пересаживать
беднягу на другой ноге поближе к большому
пальцу. затем размахивая мачете и
подбородком, я выбежал на улицу, чтобы
сделать счастливыми как можно большее
число влюбленных, несправедливо
разлученных анатомией человеческой стопы.
никто не должен испытать то, через что
прошёл мой мизинец ноги. я буду бороться
во имя любви, чего бы мне этого не стоило,
какие 260 рублей за киндер, ты че, совсем,
саранча в платье, ну-ка, подержи мачете
шеей, я достаю кошелёк и аппендикс.