«Российские геи это катастрофа. Есть, конечно, нормальные, но большинство это ад... Они даже боятся ошейников! Но это мелочи... Самое ужасное – это молодое поколение, от 15 до 25 лет. Они все время жалуются. Какие они несчастные, что у них нет денег, хотят помощи. Просят купить им капучино или водку. И просят не только меня. А всех моих знакомых. Они иждивенцы. И при этом в ****е не умеют ничего. Их зубы – словно бритвы», – пишет Томас.
«Русского гея легко узнать. Его глаза смотрят на землю, он не улыбается, от него несет парфюмюм на три километра. Его пенис брит, но брит давно, в результате – неопрятная гнусная щетина. Ненавижу бритые пенисы и ******ы, но русские от этого фанатеют. Они считают, что надо сбрить все, но оставить крестик. Не крестик на пенис, а православный – на *****! Еще они много пьют... Интересно общение с ними. Сначала, когда они трезвые, они рассказывают, как боятся ВИЧ, венерических заболеваний и страшных клубов, а потом напиваются и начинается шоу. Они готовы совокупиться с каждым и делают это. Их стоны раздаются на весь клуб, а стонать они предпочитают женскими голосами. Зато утром они делают вид, что ничего не помнят», – продолжает Томас.
«Войдешь в клуб, увидишь парня в трусах Calvin Klein, в футболке, обтягивающей его тело так, что видна каждая жировая складка, потом он вбегает в темную комнату и включает фонарик на телефоне. Затем он снова пьет, но выражение его лица остается надменным и гордым. Сразу ясно, что это русский! Он чувствует себя звездой. Для него чехи и другие иностранцы – второй сорт!», – говорит Томас Делбрюк.
«В России быть геем после 30 лет – равносильно смерти. Говорят, там в клубы старше 30 не пускают. Убожество... И вот они приезжают сюда, в Прагу, и видят в клубе разных: старых, молодых, толстых, тонких, скинхедов и трансвеститов... Приходят в ужас, считают, что в клубы должны ходить только красавцы, которыми они себя считают... А еще, я и не думал, что 90% русских геев любят пассивную роль. Хвалят путина, обожают его, кричат о величии России и при этом мечтают, чтобы в них вошел иностранный ****...», – резюмирует Томас.
В заключении Томас говорит: «Я не отношусь с нелюбовью к русским. У меня множество русских друзей. Те друзья, которые у меня там есть, они – самые лучшие. Но я боюсь русской гей-толпы. Они клоны друг друга. А от клонов надо бежать. Я готов убежать от них хоть на Плутон».
![URAN[235]](/data/avatars/m/6/6896.jpg?1664621190){kind=avatar}
