Рифморубка: шутки, экспромты, баталии...

[Pelegrem]

Пингвин услышав песню,
Кругами теперь кружит.
Всё хвалит меня лестно,
Развесив свои уши:

Как-то проплывал я островом Борнео,
Среди острых скал, кокосов и лиан.
Дочь вождя из племени пигмеев,
Подарила мне волшебный барабан.

И теперь в часы грозы-ненастья,
Разложив походный свой диван.
Мой приказ не закрепить все снасти,
А подать мне расписной тамтам.

Гром гремит, и волны вертят судно,
Значит, будет знатным мой концерт.
Скрасит барабан морские будни,
Ведь в игре на барабане я доцент.

Виртуозно научился бить я в бубен,
Так что все русалки лезут на борта.
С ними шторм теперь не труден,
Песню будут слушать до конца.

Шторм умолкнет, в зависти робея,
Укротил его мой расписной тамтам.
Горизонт расчистит ветерок Борея,
Сам Нептун зовёт меня – братан.

 

[Джемма]

Как-то проплывал я островом Борнео,
Среди острых скал, кокосов и лиан.
Дочь вождя из племени пигмеев,
Подарила мне волшебный барабан.

Девушки Борнео

Ждут-пождут с утра до ночи,
смотрят в море, инда очи
разболелись, глядючи
с ясной зорьки до ночи.

Не видать им Пилигрима!
Все шаланды - тока мимо.
Иль Борнео уж не остров?
Иль забыть красоток просто?

Что ж ты сделал с барабаном?
Что ж исчез ты за туманом?
Их разбитые сердца -
хуже ярости Творца!

 

[Pelegrem]

Вдруг разверзлась бездна моря,
Спрут к нам лезет из глубин.
Мало было видно горя,
В гости грянул исполин.

Машет щупальцем предлинным,
Словно лассо из кино.
Вспомнил я приём старинный,
Врезал пяткой прям в лицо.

Спрут опешил от такого,
Начал жалобно скулить.
Пришлось дать немного рома,
Чтобы горю подсобить.

Крякнул злобный забияка,
И нырнул к себе на дно.
Моя пятка чуть размякла,
Шиацу лишь помогло.

Эпилог у этой пьесы,
Был прекрасен и простой:
В битве важен удар первый,
Врежь врагу и ты герой.

 

[urdoma]

Капуста и морковка не греет сердце волка,
Особенно морского в полоску вся душа.
На камбузе, краснея, стащил кило филея,
Его на отбивные кромсает сталь ножа.

Полосатая душа
Грога выпьет не спеша...
А потом начнет рассказ
Про Борнео и Мадрас,

Про красоток молодых,
Черных, белых и цветных.
Про моря, где побывал,
Где что пил и что видал.

И дыханье затая,
Слушаю тебя и я,
Наш бывалый Пелегрем,
За тобой в огонь и дым.

С Новым Годом!!!!!!!!

 

[Pelegrem]

Значит дыма нужно, грома,
Не сидится совсем дома.
Есть вулкан один на свете,
Был давно он на примете.
На Сицилию плывём,
Этна – самый дымный дом.
Стерегут проход циклопы,
Им дадим слегка по попе.
Шхуна по небу плывёт,
И стишки в себе несёт.
Друг давнишний сам Вергилий,
Мне писал о нём в письме.
Обещал устроить гриль мне,
Искупать потом в вине.
Он весёлый этот малый,
Любит сказки и кальян.
Пир устроим там мы славный,
Дадим почести богам.

 

[moreSun]

Что же, друг мой, Вы курили,
Что на дружеской ноге
С вами нынче сам Вергилий?
Верю, с Вами всё окэй.

Я, конечно, тоже рада,
Оседлавши небеса,
Повстречаться с Меценатом,
На балу с ним поплясать…
О поэзии поспорить,
Почитать для хохмы сюр.
А потом про скалы, море,
Или греческий лямур…

Облака несут игриво
шхуну - катят, как яйцо.
Посмотри! Внизу красиво -
Сад, цветы, дворец, крыльцо…

 

[Pelegrem]

Как обычно из вулкана,
Я курил могучий дым.
Две затяжки великана,
И в поэзии прорыв.

Да, знавал я Мецената,
И с Горацием курил.
Лучезарная кантата,
В небо шёл я без перил.

Даже римский император,
Август, звал меня в поход.
Но сославшись на усталость,
Я на шхуне без забот.

На крыльце стоит, качаясь,
Сам философ Цицерон.
Вина выпил и икает,
Но довольный словно слон.

Ну и время, что за нравы!
Говорит он иногда.
Я в ответ ему – Вы правы,
Лейте в кубок мне вина.

 

[Джемма]

На крыльце стоит, качаясь,
Сам философ Цицерон.
Вина выпил и икает,
Но довольный словно слон.

Ну и время, что за нравы!
Говорит он иногда.
Я в ответ ему – Вы правы,
Лейте в кубок мне вина.

Ну и время, ну и нравы!
говорит он иногда.
Я в ответ ему: вы правы,
инфузории везде.

 

[Pelegrem]

«Занимательная глистология» или «История падения нравов».

И глисты и сальмонелла,
Хитрый был у римлян ход.
Врагов рожа окривела,
Был победным тот поход.

Ведь чума есть и холера,
Разработанный приём.
Кровь в отраве – хило тело,
И бессмертный легион.

Тит Лукреций долго думал,
Про бациллы размышлял.
Строил атомов структуры,
Там микробов увидал.

И микробы тоже рады,
Знает их любой простак.
Стало модно пить отравы,
По делам и просто так.

Крепнут ткани организьма,
Скальпель друг теперь и брат.
Нет причин для писимизьма,
Без пилюль нет в жизни благ.

Но с развитием устоев,
В жизни славной городской.
Разновидности плебеев,
Жить на шее у глупцов.

Развивались механизмы,
И мимикрия росла.
Что бы жить за счёт отчизны,
Нужна юркая рука.

Хитрый план бацилл заразен,
Ум вертлявый у глистов.
Лезь наверх и будешь славен,
Царь на пастбище горбов.

 

[moreSun]

Купила специальные таблетки -
Глотнула - нету через час глистов.
Сижу теперь с синицами на ветке
И чищу с ними перья из хвостов.

Немного холодно и нечем поживиться,
Зато могу не ползать, а летать!
Вы не могли б крупы насыпать птицам?
Зимою нам не просто выживать...

 

[Pelegrem]

Купила специальные таблетки -
Глотнула - нету через час глистов.
Сижу теперь с синицами на ветке
И чищу с ними перья из хвостов.

Немного холодно и нечем поживиться,
Зато могу не ползать, а летать!
Вы не могли б крупы насыпать птицам?
Зимою нам не просто выживать...

moreSun, легко и непринуждённо, поэтому и здорово, молодца.

Бывает, в гости залетит синица,
Но не за кормом, а просто навестить.
Огнём пылает как жар-птица,
Её лишь светом можно угостить.

Бывает, ночью плохо спится,
Рассудок мечется, не хочет отпустить.
В тумане вижу чьи-то лица,
Из них как снежный ком начну лепить.

Бывает, вижу хвост кометы,
В потоках ярких так легко кружить.
От этого рождаются сонеты,
После ночных полётов легче жить.

 

[Джемма]

К
Вы не могли б крупы насыпать птицам?
Зимою нам не просто выживать...

Дали мОлодцы честны...
Хватит птичке до весны?

 

[Pelegrem]

Прочертят в небе полосу стрижи,
Иль чайка пролетит случайно мимо.
На небосводе не видно нам межи,
Небесный ход - привычная картина.

На ветках в парке свист и перестук,
Все птицы рады солнечной погоде.
Ласкает землю огненный пастух,
Путь не изменен у вековой дороги.

А ночью среди звёзд идёт луна,
И дремлют тихо птицы до рассвета.
Плутовка светит в небе не сама,
Шлёт весточку от яркого привета.

 

[moreSun]

Дали мОлодцы честны...
Хватит птичке до весны?

Вот теперь не скучно птице -
Есть чем в зиму поживиться!
Не испортить бы фигуру -
Всю крупу склевавши сдуру

Прочертят в небе полосу стрижи,
Иль чайка пролетит случайно мимо.
.

"Прочертят в небе полосу стрижи,
Иль чайка пролетит случайно мимо"
Благодарить я стану Пелегрима,
Если не буду там мелькать ножи,
Или слоны порхать вверху не станут,
И лучше в небе не летать коровам.
Смотрю на небо, удивляюсь: "Странно..."
Кричит верблюд мне с тучи: Будь здорова!

 

[Pelegrem]

"Прочертят в небе полосу стрижи,
Иль чайка пролетит случайно мимо"
Благодарить я стану Пелегрима,
Если не буду там мелькать ножи,
Или слоны порхать вверху не станут,
И лучше в небе не летать коровам.
Смотрю на небо, удивляюсь: "Странно..."
Кричит верблюд мне с тучи: Будь здорова!

Уговорили, в небе нет коров,
Зато вон из норы торчат два рога.
Похоже это бык и он здоров,
Напился и заснул у самого порога.

Крот на берёзе отдыхает, вот дела,
В норе застрял рогатый непоседа.
И дятел пригласил к себе крота,
Крот не долез и проклинал соседа.

А дело было в общем как всегда,
Крот отмечал святые именины.
По глупости он пригласил быка,
И тот нажрался как *******.

Решил добавить я в конце мораль,
Чтоб в басню превратить куплеты.
К себе в нору не приглашайте *****,
И дятла меньше слушайте советы.

 

[Anton Ego]

История про сегодняшний день.

Приключилась среди дня
Несусветная ***ня,
Мысль шальная залетела
Дайте шашку и коня

Я ****ую в огород,
Там всклокоченный народ
Что за шум и что за крики,
Что за ****, ****арот?

Говорят мне - тут беда,
Вышло прямо из пруда
Чудо-юдо, *****, большое,
Значит ждёт нас всех *****

Я, конечно, хмурю бровь,
В голову стучится кровь,
****, раз такое дело
И народная любовь

Что ж, кричу, идём к пруду
И покажем им ****у
Нешто я вам не защитник
И на помощь не приду?

Всё, идём, очко жим-жим,
Морды мускул - недвижим,
Ведь негоже обсераться
Пред людьми, хоть пьян я -- в дым

Подошли к пруду -- молчок
Лишь в траве сидит сверчок
Что орёшь ты, вражья *****?
Голова -- не кабачок!

Тут отмашка от руки
Навалились мужики
Под руки меня схватили
И к пруду. Вот мудаки!

Я кричу: харош шутить,
Так ведь можно и *****
Вы, про Юдо что ль забыли?
Он прям тут ведь, может быть

Но не слушают меня
Тащат прямо в *****
Прям еблом в холодну воду
Вот такая вот ***ня

Что творите, мужики?
Пусть я пьян, мне не с руки,
Но когда я протрезвею,
Не сносить же вам башки!

Говорят они сквозь смех:
Не серчай на нас, морпех,
Ты уже неделю квасишь,
Нам совсем не до потех

Обманули мы тебя
Втихаря и не трубя
Освежить тебя хотели,
Не серчай, ведь мы ж любя!

Улыбаюсь в тридцать два
Вот дурная голова,
Чтобы я ещё повёлся
Хитрожопая братва

Раз такая тут ***ня,
Подкололи вы меня,
Наливайте, значит, водки,
Чтоб отметить шутку дня

Это я к чему пишу
Не курите анашу
Ведь не то ещё бывает,
Может, как-то напишу...

 

[Pelegrem]

Много шума, толку мало,
Матюгов калошный ряд.
Ты откуда божье чадо,
Трубы видимо горят.

 

[Anton Ego]

Надоели менестрели
С их цензурой и враньём,
Их заученные трели
Не пройдут в дверной проём

Я про жизнь тебе толкую,
Про историю свою,
В душу ж кто плюёт, ликуя,
Тех видал я на хую...

Не серчай, коль даже с матом,
Откровенный разговор,
В жизни так: кто с автоматом,
Кто от водки под забор

 

[Pelegrem]

Стих споют они стока-то,
Как кастраты на пляжЕ.
Рифма слишком бородата,
Менестрелей для ПэЖэ.

Вижу парень ты не промах,
Хоть несёшь порой пургу.
Злость бушует словно порох,
Натерпелся, как гляжу.

Лучше ярость усмирил бы,
И сложил бы ровный стих.
Про превратности судьбины,
Пульс ровней, ложи на них…

 

[moreSun]

аты-баты шли солдаты
на борту у нас пираты
матюгают свою жисть
*****! ты, Капитан, держись
и на кайф не поддавайся,
на мушкетах упражняйся

если с нами Вы, Антон,
то у нас один закон:
не калечить матом речь
не дала чтоб рубка течь
а то как бы всех тут нас
не прихлопнул враз Пегас