Рифморубка: шутки, экспромты, баталии...

[DeMarco]

от вибрации качает,
от шампанского тошнит,
ничего не замечая,
я иду в степную ширь.

отразилась в луже морда,
это явно не моя
под баян и три аккорда
можно выпить огого

примелькался в диком танце,
краснолицым мужикам
лучше б бабам, ведь красавцы
наваляли по рогам

пролетят калейдоскопом
кулаки, сапог, земля,
я живу почти в европе,
это родина моя!

 

[Pelegrem]

пролетят калейдоскопом
кулаки, сапог, земля,
я живу почти в европе,
это родина моя!

Закипает мозг как чайник,
И парует чернозём.
Даже маленький начальник,
Ходит важно королём.

Посмотрел сегодня карту,
До Европы два вершка.
Может взять в руки лопату,
Чтоб туннель прорыть туда.

Но совковая лопата,
Всё же лучше для дерьма.
А шинель большого брата,
Модной будет на века!

Водка пить, земля валятся,
Завещал нам всем отец.
Пусть дубы заколосятся,
Похмелился – молодец!

 

[moreSun]

....

 

[Pelegrem]

....

Есть в мире такой наркотик, от которого очень тяжело избавится.

Что нас дурманит в травах мая,
Куда влечет пытливый ум?
Под ворохом незрелых дум,
Что видит отрок засыпая?

Как запах свежий каравая,
Когда кусаешь, слышишь – хрум.
Так в сдобе сладостный изюм,
Гурману радость доставляя.

Сильнее крепкого вина,
Испить, что хочется до дна,
Что не устанешь познавать?

Для мужика всегда наркотик:
Крутые бёдра, шея, ротик.
И как пред этим можно устоять?

 

[tanya Kop]

Есть в мире такой наркотик, от которого очень тяжело избавиться.


Сильнее крепкого вина,
Испить, что хочется до дна,
Что не устанешь познавать?

Для мужика всегда наркотик:
Крутые бёдра, шея, ротик.
И как пред этим можно устоять?

В искушениях всяких и разных
дух и плоть усмирять ни к чему;
ничего нет страшней для соблазна,
чем немедля поддаться ему.
И. Губерман

 

[Pelegrem]

В искушениях всяких и разных
дух и плоть усмирять ни к чему;

И. Губерман

Дух и плоть усмиряют веками,
И так в этом успехи сильны.
Что не видимы, стали меж нами,
Духи предков и детские сны.

Мы отчаянно держим цепями,
Наши сказки на дне пустоты.
Воцарилась серость над нами,
Скука въелась в наши мозги.

Но за буднею пылью дорожной,
Всё же бьется сердце в груди.
Вспоминайте о нём если можно,
Дайте сердцу глоточек мечты.

 

[tanya Kop]

Дух и плоть усмиряют веками,
И так в этом успехи сильны.
Что не видимы, стали меж нами,
Духи предков и детские сны.

Мы отчаянно держим цепями,
Наши сказки на дне пустоты.
Воцарилась серость над нами,
Скука въелась в наши мозги.

Но за буднею пылью дорожной,
Всё же бьется сердце в груди.
Вспоминайте о нём если можно,
Дайте сердцу глоточек мечты.

"Слава храбрецам, которые осмеливаются любить, зная, что всему этому придёт конец!
Слава безумцам, которые живут себе, как будто бы они бессмертны!"

(К-ф 'Обыкновенное чудо' Марк Захаров, по одноименной пьесе Евгения Шварца)

 

[Pelegrem]

"Слава храбрецам, которые осмеливаются любить, зная, что всему этому придёт конец!
Слава безумцам, которые живут себе, как будто бы они бессмертны!"

Слава зрителям, которые смотрят в экраны, и видят цвета в черно-белом кино, слава тем, кто слышит звук в немом кино.

Утром я проснулся рано,
Вышел храбро сквозь туман.
Вижу стаю пеликанов,
А вожак у них баклан.

Он уселся на скамейке,
И не добро так глядит.
Я пошарил в телогрейке,
Чтоб найти там динамит.

Но баклан это заметил,
Каркнул громко раза два.
Пеликаны пошли цепью,
И глядят во все глаза.

Подтянув свои кальсоны,
Отступить пришлось в гальюн.
Но крылатые персоны,
Маршируют в свете лун.

Как копьё схватил я швабру,
А ведро как верный щит.
И в атаку на армаду,
Ведь совсем не лыком шит!

Но стратег баклан отменный,
Пеликанов развернул.
Хоть маневр был мой примерный,
Мимо банды прошмыгнул.

И с победным громким воплем,
Я в атаку отступал.
А баклан смотрел в бинокли,
Строил гад коварный план.

Но потом звонок раздался,
Понял я, что это сон.
Жалко быстро так прервался,
Ведь удачным был бы он.

 

[tanya Kop]

Но потом звонок раздался,
Понял я, что это сон.
Жалко быстро так прервался,
Ведь удачным был бы он.

Зачем, зачем сады Морфея
Цель ваших странствий, Pelegrem?
Неужто нежная Психея
Взмахнув крылом витает в них?

 

[moreSun]

Пой так, как будто тебя никто не слышит...

Предлагаю устроить коротенький блиц экспромтов - потоков песен, как будто тебя никто не слышит... Поехали?

Это здорово - забыться,
потеряться в джунглях слов,
в лентах бархата... нет - ситца,
в сумасбродстве странных снов.

Позабыв, что завтра - лето
сменит теплую весну,
стать стихом, кусочком бреда,
распылится... в пелену...

 

[Pelegrem]

Зачем, зачем сады Морфея
Цель ваших странствий, Pelegrem?
Неужто нежная Психея
Взмахнув крылом витает в них?

В садах Морфея всё возможно,
В них упражняется мой ум.
В реале высота тревожна,
Ну а во сне нет тяжких пут.

Предлагаю устроить коротенький блиц экспромтов - потоков песен, как будто тебя никто не слышит... Поехали?

Солнце светит в небе ярко,
А в кармане темнота.
А ведь кто-то бодро каркал –
Ваша жизнь полна добра.

Мне добра не много надо,
Чтоб заполнило карман.
Но чинушам ведь для плана,
Нужен полный чемодан.

Аппетит у них огромный,
А во рту одни клыки.
И живот такой бездонный,
Жрут бюджет моей страны.

А вокруг весна, цветочки,
И бесплатное тепло.
Пролетают быстро ночки,
Летом жить так хорошо.

 

[moreSun]

Пролетают быстро ночки,
Летом жить так хорошо.

Грохот драндулета...
Полчаса до лета...
Полчаса до вишен в мамином саду...

Лязг трамваев слышен...
Не была в Париже,
Но сегодня ночью может попаду...

 

[tanya Kop]

Растащили на строчки
Даже подпись мою,
А в конце точки, точки ...
Для кого я пою?

Потеряться, забыться
Вот и нет уже слов
Только ленточка ситца
На чепце ...
Сладких снов

 

[Pelegrem]

Грохот драндулета...
Полчаса до лета...
Полчаса до вишен в мамином саду...

Лето наступило как всегда внезапно,
С диким шумом ветра с пеленой дождя.
Даже захотелось мне весну обратно,
Но как говорится, вертится земля.

И рисует чётко линию вдоль солнца,
Карусель системы точно как часы.
Не забудет солнце своего питомца,
Ласково качает в храме красоты.

И земля кружится в этом ярком свете,
Не смотря на холод и кометный дождь.
Чтобы на планете веселились дети,
И зимой, чтоб в гости приходил мороз.

Растащили на строчки
Даже подпись мою,
А в конце точки, точки ...
Для кого я пою?

Может для Марк Твена,
Пишут эти строчки.
Чебурашка с Геной,
В гастрономе утром.

Теплого портвейна,
Наливает хмуро.
Шипокляк старушка,
С крысой за столом.

Чингачгук в наколках,
С Верною Рукою.
В домино играют,
В дыме сигарет.

Я от вас не скрою,
В этот час вечерний.
Лезет что угодно,
На ночь, глядя на.

 

[moreSun]

написали
на ночь глядя на
утром встали -
точно белена!

 

[tanya Kop]

написали
на ночь глядя на
утром встали -
точно белена!

Зрите в корень, moreSun,
И не нужен нам дурман
Здесь куда ни посмотри.
Удивительно. ХиФи.

 

[Pelegrem]

С детства не люблю галлюцинаций
Утром, днем и даже на ночь глядя на
И от вас не скрою (можно без оваций)
Чебурашка с Геной пишут за меня.

То, что любим, не всегда приходит,
Наша жизнь затмит любые сны.
Вот сейчас «покращення» разводят,
Но растут в саду лишь лопухи.

написали
на ночь глядя на
утром встали -
точно белена!

Не пойму проснулся или нет,
Ведь реальность не даёт ответ.
Правда, смысла я не вижу и во сне,
Кувыркаюсь в жизни-кутерьме.

 

[tanya Kop]

Не пойму проснулся или нет,
Ведь реальность не даёт ответ.
Правда, смысла я не вижу и во сне,
Кувыркаюсь в жизни-кутерьме.

Я жить предпочитаю невербально
И кувыркаться на постели перед сном
И до того вы знаете реально
Мне помогает знание основ:
"Кто понял жизни смысл и толк,
давно замкнулся и умолк..."

 

[Pelegrem]

Я жить предпочитаю невербально
И кувыркаться на постели перед сном
И до того вы знаете реально
Мне помогает знание основ:
"Кто понял жизни смысл и толк,
давно замкнулся и умолк..."

Я говорить пытался не вербально,
При помощи ладоней и ступней.
Чечетку бил морзянкой постоянно,
Но в мире мало понимающих людей.

За мной прислали скорую карету,
И люди в белом грубо обошлись.
Связали руки, укололи сзади где-то,
Перед глазами появился парадиз.

Пытался говорить со мною доктор,
Но руки почему-то мне связал.
Моя нога в протестной быстрой ноте,
Его улыбку сменила на оскал.

Я убежал, отбросив злые путы,
Теперь на клаве дятлом я стучу.
Вербально говорят лишь лилипуты,
Внимайте, как ногами я верчу!

 

[tanya Kop]

Пытался говорить со мною доктор,
Но руки почему-то мне связал.
Моя нога в протестной быстрой ноте,
Его улыбку сменила на оскал.

Вот так одним движеньем пятки
Улыбка превращается в оскал,
А жизнь в сплошные очепятки,
А может ты не там искал?