а вот типичная русофильская статья того времени, Ирак непобедим.
Посилання видалено
Мир убежден, что Ирак проиграет. Более того, встал даже вопрос о том, покинет ли Саддам Хусейн родину, или останется со своим народом до конца. Кое-кто из американских политиков уже обсуждает, кем лучше всего можно заменить Саддама...
Но ведь война-то еще не выиграна. Что же касается ее результата, то он, по большому счету, совершенно непредсказуем. А все страсти вокруг судьбы Саддама очень похожи на разговоры русского и австрийского императоров накануне Аустерлицкой битвы о том, как «изловить зловредного Наполеона».
ПРОКОЛЫ «БУРИ В ПУСТЫНЕ»
Кто виноват в том, что вот уже 13 лет вокруг Ирака нагнетаются страсти? В 1990—1991 годах, когда Саддам Хусейн захватил Кувейт, правда была на стороне международных сил ООН. Еще в то время можно было окончательно решить проблему с какой-либо угрозой со стороны Ирака — полностью разоружив его армию. Этого не произошло: из войны 1991 года Ирак вышел потрепанным, но еще с мощным военным потенциалом. Эта страна, в которой проживает всего 22,8 миллиона граждан, обладает практически таким же количеством оружия, как и Украина. Что же касается мобилизационного потенциала Саддама, то он вообще гигантский.
Саддам Хусейн: курок взведен, и оружие должно выстрелить
Спецоперация «Буря в пустыне», несмотря на множество произнесенных доныне лестных эпитетов в адрес ее инициаторов и разработчиков, не выполнила одной из двух главных задач — уничтожения иракских вооруженных сил. Была достигнута лишь политическая цель — освобождение Кувейта. Саддам Хусейн хоть и понес жестокие потери (по разным, весьма противоречивым и спорным оценкам — 130—180 тысяч убитых, раненых и взятых в плен), но сохранил костяк своей армии и добрую половину обычных вооружений. Причем не столько за счет своего полководческого таланта, сколько из-за американских недоработок (или умышленных политических шагов США).
По всем канонам военной стратегии «Буря в пустыне» — незаконченная операция. Ее замысел был следующим: двумя мощными группировками, (одной — идущей в Кувейт вдоль Персидского залива, и второй — глубоко заходящей на иракскую территорию) охватить соединения противника и прижать их к системе озер и иранской границе. Короче, классический охват с флангов и «захлопывание мешка» с дальнейшим полным уничтожением противника. Войска антииракской коалиции действительно совершили глубокий охват и почти загнали иракцев в мешок. Но почему-то дали им оттуда уйти. А это — более 300 тысяч иракских солдат и офицеров с полным вооружением и боевой техникой. (Представьте себе, что зимой 1942—1943 годов Сталин и Жуков отпустили из Сталинграда всю армию Паулюса. Невероятно? Но именно таков финал «Бури в пустыне»...)
Да и вообще, похоже, после освобождения Кувейта военачальникам антииракской коалиции настолько вскружили головы лавры победы, что они даже не полюбопытствовали: а сколько, собственно, у Ирака осталось вооружений?
ЧЕМ МОЖЕТ ОТВЕТИТЬ САДДАМ
После «Бури в пустыне» Саддаму Хусейну было из кого восстанавливать свою армию. У него осталось почти 2200 танков образца Т-55 — Т-72, около 4000 боевых машин, 2000 орудий и минометов, 500 вертолетов, 320 самолетов, 12 боевых кораблей. Дальновидный Саддам во время войны выдвинул в первую линию пехотные дивизии, набранные из резервистов — они-то и были сметены огнем и атакой антииракской коалиции. Механизированные же и танковые соединения находились во второй и третьей линиях обороны, и когда стало ясно, что война проиграна, отступили вглубь страны. Так они частично сохранили свою боевую мощь.
Уже к 1993 году Саддам Хусейн восстановил свою армию в составе 24 дивизий. Нынешняя же численность вооруженных сил Ирака — 429 тысяч человек. Причем в случае войны ее можно довести до 1 миллиона солдат, а в случае тотальной мобилизации у Хусейна появится, по сообщениям информагентств, 7 млн. добровольцев. По меркам НАТО — это гигантская армия (например, самый верный союзник США Великобритания имеет под ружьем всего 120 тысяч солдат, и еще недавно заявляла о намерении сократить свои вооруженные силы на четверть).
Следует также учесть, что за последние 12 лет иракские военные многому научились. Об этом свидетельствуют очень быстрые темпы восстановления обороноспособности страны и хорошая боевая выучка иракских солдат (это можно заключить по косвенным данным — из репортажей о деятельности комиссии ООН). Причем сухопутные войска Ирака разнородны по своему составу: есть и танковые, и механизированные соединения, и части, приспособленные для специальных операций — в тылу противника. В случае войны они могут оказаться достойным противником американской морской пехоты и десантников.
Да и военная мысль Ирака шагнула далеко вперед. Ведь во время «Бури в пустыне» Саддам Хусейн сосредоточил почти всю армию в Кувейте и на границе, повторив ошибку Сталина в 1941 году. Теперь же, по сообщениям иностранной печати, он строит несколько линий обороны уже в глубине страны — под Багдадом. Считается, конечно же, что лучшим способом обороны является нападение, но для Ирака в настоящих условиях это практически нереально. Зато тактика, которую избрал Саддам в случае начала войны, тоже многообещающая: принять врага на своей территории, в пустыне, среди враждебно настроенного населения.
Также следует обратить внимание на еще одно грозное оружие, которое Ирак может противопоставить американским военным базам и авианосцам — смертники. Ведь от отчаяния фанатично преданные какому-то делу люди могут пойти на любой шаг, в том числе — и на победу ценой собственной жизни.
РОДИНА ДОРОЖЕ НЕФТИ
Условия, в которых может начаться вторая «Буря в пустыне», не настолько благоприятствуют американцам, как это было в 1991 году. Большинство арабских стран против этой войны, и, судя по всему, поддерживают США очень неохотно. Финансирование военной операции почти полностью ложится на плечи американцев. Кроме того, США придется рассчитывать в основном на свои вооруженные силы, — послать им на помощь свой ограниченный контингент пока готова лишь Великобритания (сборные батальоны стран — претенденток на вступление в НАТО мы в расчет не берем).
Но самое главное, что отличает «Бурю в пустыне» от планирующейся ныне операции «Шок и трепет», это морально-психологический аспект. Тогда иракцы сражались за неправое дело против всего мира. Моральный дух армии Саддама Хусейна был подавлен, солдаты и офицеры хорошо понимали ненужность и бесперспективность удержания Кувейта. Именно поэтому в 1991 году иракская армия практически не сопротивлялась объединенным силам ООН. Ведь активных военных действий против антииракской коалиции почти не было — основные потери в той войне союзники понесли из-за собственной безалаберности.
Теперь ситуация совсем другая. Всем иракцам от мала до велика понятны агрессивные планы США. В случае начала войны они будут сражаться не за Саддама Хусейна и кувейтские нефтяные скважины, а за свою родину и свободу. А при таком раскладе война приобретет ожесточенный и кровопролитный характер. Понятно, что американцы задавят иракские ВВС своей авиацией, ракетными войсками и средствами ПВО. Но зато в сухопутных войсках у Саддама будет гигантское преимущество. 429 тысяч иракских регулярных солдат плюс семь миллионов добровольцев против 250-тысячного войска во главе с американцами. При таком раскладе американцы имеют шансы быть сметенными с Аравийского полуострова.
Пока что США окрылены прошлыми победами: во время операции «Буря в пустыне» и в Афганистане. Но ведь у американцев были и бесславные военные походы, скорее смахивающие на поражения. Корея, Вьетнам... То, что они затевают сейчас, больше походит как раз на вьетнамскую.
