Пошваркав шваброй для вида, Валентина Георгиевна фальшиво охнула и, переведя дыхание, продолжила:
— Самое главное с мужиком – это когда в койку идти. Пойдешь рано – опять как с этим *****ом Олегом выйдет. Они себя сразу вольготно чувствовать начинают, хозяевами становятся. А мужик не хозяин! Мужик – это… — тут Валентина Георгиевна вспомнила своего мужа, когда–то храброго и доброго человека, смятого ею к концу жизни до состояния расплющенной жестяной банки — …мужик. Мужик ***** всегда, ничо не знает, ничо не понимает, только и может хуем тыкать. Он свое место знать должен! Должен с первой свиданки понимать, что он на птичьих правах! Так, переночевать пустили! Так что сразу не давай – разлакомится – Валентина Георгиевна еще пару раз шваркнула шваброй, обойдясь в этот раз без стона – Но слишком не тяни, не ломайся! Они тогда, ******и, на сторону смотреть начинают! А как на сторону смотреть начал – все, пропал! Пойдут опять пьянки, гулянки, бабы чужие… Так что ты его сразу же в ежовые рукавицы бери! Сразу же!
— Хорошо, мама – отозвалась откуда–то из–под кухонного стола Александра. Она не собиралась никого брать в ежовые рукавицы, но, тем не менее, чувствовала в голосе матери правоту, выстраданную поколениями русских женщин.
— Умница, доча! А самые главные ежовые рукавицы у бабы где? Правильно! – тут Валентина Георгиевна скорчила такую похабную гримасу, что от нее передернуло бы и магаданского урку. Саша лишь согласно хмыкнула, выбравшись на свет божий, чтобы прополоскать половую тряпку.
вот и я поражаюсь... Придумали ситуацию. Такой парень, достигший всего сам, в любом случае имеет мозг
И с каких он подбирал бы жадную шлюшку? Не лепится...
Но клянусь - тогда даже в мыслях небыло...
