Статус: Офлайн
Реєстрація: 05.01.2007
Повідом.: 26743
Реєстрація: 05.01.2007
Повідом.: 26743
Леонтьев - отжог
Вот истинное лицо первого канала и рупор нынешней политики ВВП.

Что-то это мне напоминает... Ах, да:



⚠ Тільки зареєстровані користувачі бачать весь контент та не бачать рекламу.
Занимательная история произошла в эту пятницу на «Эхе Москвы». В программе «Особое мнение» повстречались Михаил Леонтьев и Эдуард Лимонов. Встреча была коротка…
Поначалу, следуя доброй традиции, господин Леонтьев принялся доказывать, что ему не за "красивые глаза" платят деньги на «Первом канале», и на аудиторию станции в очередной раз обрушился поток бессвязной агитации и пропаганды. Дальнейшее обещало быть столь же скучным и предсказуемым.
И тут Михаила Владимировича весьма некстати подвёл собственный организм. Обыкновенные типовые пассажи про «агентов влияния» и «врагов Отечества» он ещё как-то переварил, но вот когда Леонтьев попытался сформулировать свежую мысль о различиях между свободой информации и госпропагандой, природа взяла своё.
Поскольку мысль была столь глубока и незаурядна, что не каждый и в трезвом-то уме сумел бы её осилить, Михаил окончательно заблудился в себе и, дабы не оскоромиться ещё больше, предпочёл эффектно покинуть студию.
Ситуацию не спасли ни увещевания Матвея Ганапольского, ни комплименты Эдуарда Лимонова (между прочим, даже назвавшего Леонтьева «журналистом», хотя и маленьким).
В общем, традиционный российский недуг лишил слушателей «Эха» уникальной возможности проникнуть в глубины мышления одного из самых горячих и страстных «массовиков-затейников» нашей эпохи.
Представится ли когда-либо снова такая удача, одному Бахусу известно…
Вот истинное лицо первого канала и рупор нынешней политики ВВП. 
Что-то это мне напоминает... Ах, да:
В таком возбужденном состоянии его застала Елена Станиславовна, с трудом тащившая из кухни самовар. Остап галантно подскочил к ней, перенял на ходу самовар и поставил его на стол. Самовар свистнул. Остап решил действовать.
– Мадам, – сказал он, – мы счастливы видеть в вашем лице…
Он не знал, кого он счастлив видеть в лице Елены Станиславовны. Пришлось начать снова. Изо всех пышных оборотов царского режима вертелось в голове только какое-то "милостиво повелеть соизволил". Но это было не к месту. Поэтому он начал деловито:
– Строгий секрет. Государственная тайна.







