Какой-либо военной силы, вооруженная и наскоро обученная немцами, грузинская армия не представляла, но ни Деникин, ни красные не могли выделить достаточно сил для постоянного размещения в регионе. Грузин били, что называется, при случае, причем, несмотря на агрессивную риторику и угрозы, при более-менее серьезном столкновении грузинская армия сопротивления не оказывала и тут же бежала, оставив позиции и бросив оружие (Ничего из более позднего времени не напоминает?) Так было и в конце августа 1918 года, когда одна колонна обессиленной красной Таманской Армии, отступавшей через горы на Армавир, почти без боя заняла Туапсе, захватив брошенные грузинами 10 пулеметов и 16 орудий, (эпизод, который великолепно описал А.С. Серафимович в книге «Железный поток»), так было и в начале февраля 1919, когда, несмотря на очень тяжелое положение на Дону, Деникин смог выделить отряд генерала Черепанова, который за несколько дней занял весь Сочинский округ, захватив в плен только в Сочи более 700 грузинских солдат и около 50 офицеров. За всю операцию белые потеряли только 7 человек убитыми, а грузины только 12, что стало возможным потому, что грузинская армия не оказывала сопротивления и бежала аж до Сухуми. Примечательно, что в самом начале наступления, на речушке Лоо, кубанский казачий разъезд захватил в плен командующего грузинскими войсками – генерала Кониешвили, который в пьяном состоянии в компании женщин возвращался со свадьбы. А через несколько дней, в Сочи, в плен попал и его начальник штаба – полковник Церетели.