⚠ Тільки зареєстровані користувачі бачать весь контент та не бачать рекламу.
Несмотря на все наше стремление что-то объяснить русскомировцам/рашистам – это занятие абсолютно бессмысленное. Бессмысленное, из-за самой психологии/философии «русского мира», состоящей из трех главных догматов.
Догмат первый, базовый. россияне всегда правы. Правы, потому что они лучшие и главные люди на планете. Главные и лучшие, потому что в одиночку рогатиной победили Гитлера, и 70 лет каждый год заново побеждают немцев. Потому что православие прямой путь в рай в обход чистилища католиков. Потому что холостым выстрелом из «Авроры» осветили путь человечеству, построили развитой социализм и почти коммунизм. Так как с коммунизмом не задалось, то теперь строят лучший на планете капитализм по китайской модели с лицом Путина и его двойников. Этот список можно продолжать долго и русскомировцы найдут еще миллион и одно доказательство, что они раса богов, избранный народ, передовой класс, новая общность, а каждый бомж в России ‒ Диоген, даже если живет не в бочке. россияне/русские ‒ лучшие, the best, и точка. Раз лучшие ‒ значит главные.
Вторая точка. Раз главные ‒ значит, могут поучать всех остальных ‒ отсталых, узкоглазых, националистов, чурок, фашистов и т.д.
Точка третья, окончательная, обсуждению не подлежащая. Это чувство превосходства, особенно активно внедрявшееся в сознание в советское время, так глубоко, что даже интеллигентный Олег Табаков сделал оговорку по Фрейду о второсортности украинцев. Произносить такие слова Табакову формально не позволяет воспитание, но подсознание выдало их непроизвольно. На этом коллективном и личном чувстве своего превосходства, глубоко сидящем в подсознании россиян, уверенно играют Жириновский, Дугин, Гиркин и другие, когда отменяют Украину, Литву, Беларусь или требуют вернуть Аляску. Часть российской публики впадает в экстаз от их откровений, а девицы пишут стихи на смерть Беднова-Бэтмена.
«Русская армия всех сильней» ‒ второй пункт и догмат веры русскомировцев. Им без армии обойтись никак нельзя.
Во-первых, добро должно быть с кулаками. Это аксиома. Иначе как оно закономерно будет побеждать зло? Не придумкой же американцев о «мягкой силе»? Это не по-русски. Американцам хорошо рассуждать о «мягкой силе» ‒ у них вдоль границ тишь и благодать, а россия всегда во враждебном окружении. Когда официально, когда неофициально, но всегда в окружении. Вечный «котел» и отступать некуда ‒ позади Москва, с возвышения которой все и началось, а отменить ярлык хана Узбека о возвышении Москвы путем сбора ею дани с Руси для Золотой Орды никак не догадаются. Так и живет Москва 600 лет по заветам хана Узбека, разве что дань в Сарай не шлет. Благо, схема хана Узбека хорошо вписывается в ленинский социализм.
Во-вторых, армия ‒ это последний и решительный довод русскомировцев всем, кто сомневается в пункте первом их веры.
В-третьих, армейская иерархия ‒ это копия социума России и наоборот, заимствованная из Пруссии, а ею у Тевтонского ордена. В Пруссии все крестьяне официально были солдатами, все дворяне ‒ офицерами, а кто пил с королем ‒ генералами. Короля, как и магистра, выбирали на политбюро Ордена те, кто регулярно пил с предыдущим магистром. В.О. Ключевский лаконично констатировал: «в России два сословия ‒ одно тягловое, другое служилое», что и было официально ее социологией. В случае большой войны тягловое сословие становится служилым.
Собственно, «русский мир» лишь российская версия немецкого национал-социализма, почему к ней и применим термин рашизм. В Рейхе тоже считали, что донские казаки ‒ это восточные готы, забывшие родной язык, а французы ‒ испорченные римским влиянием франки, которым надо помочь вернуться в «германский мир» на условиях федерации. И тоже верили в свою избранность и правоту. «Русский мир» тоже верит в избранность, и считает украинцев и белорусов своими заблудшими чадами, которых он должен вернуть в семью. Поэтому отрубает на Донбассе руки за татуировку «Слава Украине!».
Спорить с «русским миром», мнящим себя вправе вершить судьбы мира, бесполезно. Жить рядом с ним ‒ опасно. Простить его преступления ‒ невозможно. Поэтому остается одно ‒ уничтожить рашизм и очистить от него Россию.
