...Страшная весть о захвате Галилеи, наиболее важной провинции в системе обороны страны, произвела потрясающее впечатление на жителей Иерусалима. Раздоры, клеветнические взаимные обвинения и подозрения давно уже начали свою зловредную работу подрыва морали защитников столицы. Не стало больше власти и порядка в городе. Члены высших классов, богачи и благородные, подозревались в том, что они ищут возможность заключить мир с римлянами, чтобы сохранить свои богатства и привилегированное положение. Умеренные религиозные вожди, члены Синедриона и священники обвинялись в недостаточной активности в борьбе против римлян. Известие о позорном предательстве Иосифа, казалось, подтверждало мнение экстремистов-зелотов, что религиозные вожди преднамеренно поручили ненадежному Иосифу командование с целью противодействовать успешному восстанию против римлян. Но усилия зелотов сместить правомочных вождей не нашли большого отклика среди народных масс, уважавших великих мудрецов и святых людей. Таким образом, экстремистам не удалось, несмотря на многочисленные попытки с их стороны, взять бразды правления в свои руки. Синедрион под руководством рабби Шим'она бен Гамлиеля проявил достаточно власти, чтобы суметь вытеснить зелотов из центральной части Иерусалима. Зелоты укрепились во дворе Храма и стойко оборонялись против давления, проявленного против них. Их вождем был фанатически преданный делу восстания Иоханан из Гуш-Халава, успешно бежавший из своего родного города после его захвата римлянами и ставший признанным главой этой беспощадной военной партии. Его никак не удовлетворяла та незначительная роль, которую играли зелоты в Иерусалиме; не мог он также согласиться с тем, что его отряды были согнаны с улиц города. Не будучи один в силах выступить из занимаемого им двора Храма, он сговорился с заклятыми врагами евреев – идумеянами, и в одну из темных ночей их соединившиеся отряды ворвались в город, где они натворили чудовищный хаос. Результатом этого позорного поступка беспощадного Иоханана из Гуш-Халава были грабежи, поджоги и убийства; особенно погибло тогда много умеренных вождей. Более двенадцати тысяч человек, представлявших собой цвет еврейского народа, поплатились жизнью в эти хаотические дни захвата власти в городе зелотами. Среди убитых тогда был и первосвященник Ханан, один из наиболее деятельных среди еврейских религиозных руководителей. Последовашее затем господство террора окончательно подорвало мораль еврейского народа. В отчаянии искали руководители умеренной партии человека, достаточно сильного, чтобы противостоять безжалостному Иоханану из Гуш-Халава. Они выбрали Шим'она бар-Гиору, вождя партизан, который изводил римлян на юге страны. Ночные вылазки и внезапные нападения на небольшие вражеские отряды сделали его известным и очень популярным среди еврейского народа. Однако выбор Шим'она бар-Гиоры не приостановил господства террора в Иерусалиме. Этот выбор оказался самой роковой ошибкой, допущенной партией умеренных в поисках твердой власти. Последовавшая отчаянная борьба между отрядами обоих вождей имела результатом разрушение целых районов Иерусалима и опустошение складов оружия, аммуниции и продовольствия. Сама партия зелотов была расколота на две группы, одной руководил Иоханан из Гуш-Халава, а другой – Эльазар бен Шим'он, такой же беспощадный борец, как и Иоханан. Таким образом, падение столицы было ускорено из-за внутренних раздоров в борьбе за верховенство и власть...
...Итак, после семи лет войны Иудея больше не существовала. Три небольшие крепости, оставшиеся еще в руках евреев после разрушения Иерусалима, были осаждены и в конце концов тоже захвачены: Иродион был быстро занят Сирийским наместником; Махерузо был безуспешно обложен в течение некоторого времени, но еврейские защитники согласились сдаться под условием, что их войскам будет дозволенно выйти из крепости в целости. Последней пала крепость Масада, которую яростно защищала сильная группа зелотов под командованием Эльазара из Галилеи. После многих месяцев осады римлянам удалось ворваться в крепость. Но они обнаружили, что героические защитники крепости убили сами свои семьи и затем покончили собой, чтобы только не попасть в руки победителей. Трагедия еврейского народа достигла здесь своего апогея.