Мы уже проиграли это процесс. Причем, местоимение «мы» в данном случае означает нас всех скопом. Не отдельно взятый суд в городе Донецке, не все наше правосудие как таковое, не государство – а всех. Потому что по таким делам, как дело Савченко судят обо всем народе, о стране в целом, не деля нас на президента, правительство, судей и обычных граждан. Именно после таких дел на нас смотрят косо, когда мы приезжаем в какую-то другую страну. Именно поэтому с нами демонстративно не хотят общаться по-русски, даже если прекрасно знают язык. Потому что репутация страны пятном ложится на каждого, у кого в кармане лежит ее паспорт. Вот именно после таких дел, как дело Надежды Савченко. Сейчас уже не поймешь, какому дураку первому пришла в голову славная, как казалось, идея поймать какого-нибудь хохла, представить его диверсантом и шпионом и посадить за решетку. Уже не выяснить, кому пришла в голову не менее чудесная идея посадить за решетку именно бабу. Наверное, это человек или эти люди думали, что с бабой совладать легче. А бабы-то бывают покрепче иных мужиков. Нам ли не этого не знать! Придумав это, они не понимали, что ставят себя в уязвимое и даже глупое положение.
Женщина заранее имеет преимущество – потому что она женщина, ее скорее поймут и пожалеют, она как будто бы слабая и когда на нее бросаются мужики со всех сторон – ей охотнее посочувствуют, чем мужчине. Так что те, кто всё это затеял, с самого начала вели игру без козырей. Выдумали дело, выдумали преступника, да еще сделали преступником женщину. Но я другого не понимаю. Вот откройте любые правила – там сразу же увидите абзац «цель игры». Забить гол, набрать столько-то очков, заработать столько-то денег. Какая цель у этой игры? Реально доказать вину человека, который не совершал преступления – невозможно. Выторговать для нас что-то у Европы или Украины? Но что тут уже наторгуешь? Давно могли обменять Савченко на наших солдат, попавших в плен. Но своих солдат россия предала и бросила. Она плюнула им в лицо и делает вид, что впервые видит. Никто и никогда в мире не признает справедливости обвинительного приговора Савченко. Но если она, не дай бог, умрет в тюрьме, от такого позора нам всем уже никогда не отмыться. Власть наша и наш президент, конечно, ребята неприятные. Начать войну могут, посадить в тюрьму не за что не про что – тоже способны. Но публично и демонстративно уничтожить человека на глазах всего мира – это слишком. Они все-таки не буквальные живодеры. Им бы теперь разыграть милосердие, придумать какой-то наименее стыдный выход из положения. Но то ли гордость не позволяет, то ли все зашло уже настолько далеко, что повернуть оглобли они не в состоянии. И теперь кажется, что решающей становится не воля большого начальства, а крепость здоровья этой женщины. Дух ее уже оказался крепче, чем у них всех.
Антон Орехъ, обозреватель
