Эта история не имеет почти никакого отношения к любым современным событиям, за исключением двух ключевых моментов. Первое — вы в первый раз в жизни слышите про мятеж в Тулсе, штат Оклахома, 1921 год. Там было порядка 50,000 участников, сгорело 2,000 домов, была снайперская стрельба и применялась авиация, потомками только известных свидетелей можно заселить собственно город Тулсу, а вы все равно в первый раз в жизни слышите. Офицальное количество жертв — 39. Свидетели дают цифру порядка 500–800.
Второе — несопоставимость причины и повода мятежа. Повод — мальчик споткнулся в лифте. Причина — ну, как всегда. Темная сторона человеческой души. Если очень хочется быть злым и глупым, окружающее общество предоставляет для этого все возможности. Все козлы.
большую часть истории 20го века Тулса считалась нефтяной столицей страны и важнейшим речным портом. Итак. Город основан в 18..каком–то году индейскими племенами под развесистым дубом. Название Талласи можно перевести как "старгород". Близко к 1900 белые люди делают с индейцами как обычно, и в вблизи от города находят нефть. К 1920–30м годам это богатейший индустриальный город в стиле арт–деко, на новенькой дороге 66 из Чикаго в Калифорнию.
При этом. Оклахома южный штат. Сегрегация по цвету кожи это нерушимый закон, и плевать что там сказал конституционный суд. Когда в районе насчитывается три четверти одного цвета, другой цвет там не нанимают и ничего им не продают. Поэтому район Гринвуд, известный как "негритянский уолл–стрит" — это не только известнейшая и одна из самых богатых, но и самая расово чистая община негров в США. Магазины, мастерские, школы. Свой госпиталь с известнейшими докторами (чёрными, с черной клиентурой). 20 церквей. Две газеты. Свои молодежеые клубы и свои миллионеры. Ну и не очень миллионеры.
Весной 1920го года мальчик Дик Роланд, 19 лет, бросает школу чтобы немножко заработать для семьи, и уходит чистить ботинки прохожим в центре. Его там все знают, и пускают в одно из офисных зданий где наверху есть туалет и ванная комната для чёрных. Более–менее одна на весь район. В понедельник 30го мая, американский праздник Memorial Day, здание отчего–то открыто. В нем три человека — Дик, лифтёрша Сара Пейдж, 17 лет, и продавец в магазине одежды на первом этаже. Дик спускается в лифте, там происходит что–то непонятное — но по продолжительности равное одной поездке в лифте. Нейтральная версия — черный мальчик споткнулся, белая девочка вскрикнула, продавец прибежал, увидел её в некотором расстройстве и вызвал полицию. Не–нейтральная версия — эти двое были давно и близко знакомы и поссорились. Полиция не получает никаких жалоб от Сары и никаких объяснений, но Дик на всякий случай уже дома с мамой, на этом дело и должно было закончиться, но.
31го мая выходит газета с заголовком… как бы это лучше перевести, вот русского языка тут не хватает. Можно поставить глагол в такую форму, что непонятно — это призыв к действию или констатация факта. Очень популярный трюк для прессы. Nab Negro for Attacking Girl in Elevator. "Поймали Негра, который напал на Девочку" или "Давайте Поймаем Негра, который напал на Девочку". В общем "Мы Ловить Негра Который". Это утренняя газета. Вечерняя выходит с заголовком "Мы Линчевать Негра Сегодня Вечером". Или не выходит. Этот тираж весь уничтожен. Почему сразу линчевать? Ещё один языковой трюк — в 1921м году слово "изнасиловать" не используется в приличном обществе. Вместо него говорят "напасть". И пока нет уточняющих обстоятельств, конечно, мы линчевать негра который надругаться над белая девочка, причем мы уже не помнить какая и когда.
Примечание, если кто–то вдруг не знал. А как же слово rape в названиях классической живописи? Rape of sabine, rape of Lucretia? Ответ — а никаких проблем с моралью. Это слово использовалось, и означало "похитить, увезти против воли".
Дик Роланд в это время уже в гостях у шерифа. Шериф Вилард МакКулу серьёзный мужик. Он только что обещал публично, что в его городе никто никого не линчевать. Поэтому когда к нему приходит толпа из двух–трех сотен белых, он запирает Дика на верхнем этаже и ставит шестерых стрелков на крышу. Ну и в лестничные пролёты по столько же. Сколько там вообще было полиции на всю Тулсу? Человек 40–50. На закате солнца к шерифу приходят трое белых парламентеров и предлагают посчитать на пальцах. Шериф им предлагает пойти к чертям. Поскольку здание суда окружено ещё не полностью, примерно в это же время к шерифу приходит другая делегация — порядка 30 ветеранов первой мировой, уже с дробовиками и ящиками патронов. Это проснулся чёрный Гринвуд. Чёрный помощник шерифа вежливо провожает их назад домой. По дороге их кто–то видит, и вот тут и начинается мятеж.
Майор Джеймс Белл, 180й пехотный полк, запирается в городском арсенале, и поднимает национальную гвардию, которой в Тулсе три черно–белых взвода. Толпа пытается снести металлические решетки на окнах, но майор убедительно обещает всех убить. Порядка 2000 белых подтягивается к зданию суда, и они уже немножко вооружены, потому что по домам у людей было.
Из Гринвуда приходит второй отряд, уже порядка 100 человек, плюс некоторое неопределенное количество черных патрулей на автомобилях, вроде бы без оружия. Где–то вдалеке кто–то начинает стрелять в воздух, потому что ну народный праздник же. Ниггеры восстали. Священника пресвитерианской церкви уже загнали назад в церковь, а шеф полиции (чиф, не то же самое что шериф) уже сильно заболел и ушел домой лежать. Шериф выходит на крыльцо суда, и опять посылает обе партии по домам.
Белые люди вежливо просят негров сдать оружие. Негры вежливо отказываются. В 11 вечера кто–то стреляет на поражение. Традиция утверждает, что первым стрелял белый, но какая уже нафиг разница, я так полагаю. Присутствующие разряжают оружие друг в друга и отряд из Гринвуда в панике бежит. Жертвы пока поровну, хотя, опять–таки, традиция утверждает что в белых в основном попадали белые же. Белые мятежники идут по следу в Гринвуд, по дороге добирая оружие и понравившиеся вещи в магазинах. Tulsa race riot действительно начался, но город ещё не горит.
Ну вот, среда 1 июня 1921го года.
Национальная гвардия Оклахомы (это такие резервисты, внутренние силы страны на случай стихийных бедствий и мятежей если кто не знает) и Американский Иностранный Легион выдвигаются от здания арсенала с целью подавить мятеж. Они занимают почту, реквизируют пожарные машины, и ставят посты вокруг здания суда. А также занимают характерную полукруглую позицию вокруг черного района Гринвуд. Что наводит на мысли о том, кто на чьей тут стороне. Национальная гвардия начинает потихоньку собирать по улицам белых районов зазевашихся черных и отвозить их в … эээ, городской актовый зал под арест для их безопасности. В общем, делают они это правильно, потому что по городу уже ездит машина с черным мужчиной привязаным за шею на веревке.
Полночь. Небольшая группа мятежников штурмует здание суда, но больше кричат чем стреляют, и шериф с подчиненными производит удачную вылазку с болезненным но не смертельным разгоном демонстрации. Южная граница Гринвуда горит. Пожарных не пропускают к горящим зданиям, всего порядка 20 магазинов и мастерских. Гринвуд раздает оружие всем способным его держать, а белая Тулса постепенно проникает внутрь района. Пока что с целью пограбить жилые дома. Черным семьям довольно мирно предлагают пройти пешком и сдаться под арест.
В страшную черную баптистскую церковь вносят гробы, полные винтовок и патронов. Или не вносят, но кузен чьего–то брата это видел собственными глазами.
Пять утра. Мимо станции проходит утренний поезд. Свисток паровоза обе стороны принимают за сигнал к атаке. Первые жертвы среди белых — в одного тут же попадает снайпер, машину с пятью мятежниками расстреливают залповым огнем по команде. И это все страшно и героично, но пропорция сил все равно не сравнима. Гринвуд отступает, Тулса входит и начинает убивать.
Грань обычного безумия пройдена, когда на Гринвуд заходят шесть армейских бипланов образца первой мировой. Это двухместные машинки, с них стреляют и сбрасывают зажигательные бомбы. Горит всё. 35 кварталов, 2000 жилых домов, все церкви, все школы, госпиталь. Черное население массово бежит — сдается полиции, мятежникам, кому угодно. Раненых черных принимают только на постах гвардии (которой по–прежнему три или четыре взвода), и в двух церквях для белых. Католики и пресвитерианцы. Остальные церкви и госпитали закрыты на переучет и вообще. Кто–нибудь ещё верит в цифру в 39 жертв?
Девять утра. В город прибывает сотня подкрепления, это гвардейцы. И немедленно садятся на вокзале завтракать и ждать пока на них кто–нибудь обратит внимание. Большинство негров уже убито, покинуло город или арестовано.
К полудню в городе объявляют чрезвычайное положение, и мятежники расходятся по домам. Усталые, и, вероятно, довольные. Не арестован среди них никто, и обвинения не предъявлены никому, кроме шефа полиции, которого увольняют без взысканий и расследования. Он открывает частное детективное агенство практически в ту же неделю. Страховые полисы не оплачиваются. И вопрос не поднимается вообще никак до. Подчеркиваю. 2001го года.
Дик Роланд тихонько покидает город и не возвращается в Тулсу никогда. Дальнейшая его биография, скорее всего, непримечательна.
Небольшое послесловие — дальнейшая история района Гринвуд не так драматична. Его, по сути дела, полностью разрушили и сделали вид, что ничего не случилось.
Ну разрушили. Красный крест, сбор средств, благотворительные концерты, займы. Ну отстроили назад, но уже без прежнего финансового успеха и славы. Тут и нефть, кстати, перестала приносить так много, и город Тулса перестал быть богатым как класс. А в 1960е изменилась ситуация с расовой сегрегацией, и обитатели призрака Гринвуда тихонько разъехались кто куда. В 1995м построили музей. В 2011 закрыли музей за отстутствием дохода и всякого интереса.
Никакой морали. Вообще никогда нет никакой морали после событий.
Всякая мораль бывает только во время.
Дикси, я сказал. Теперь давайте говорить глупости про Украину.
Оригинал тут
⚠ Тільки зареєстровані користувачі бачать весь контент та не бачать рекламу.
