И еще раз про 23 февраля
Про великие победы под Псковом и Нарвой 23 февраля 1918 года
⚠ Тільки зареєстровані користувачі бачать весь контент та не бачать рекламу.
...великие победы под Псковом и Нарвой стали для меня предметом особого и несколько нездорового интереса, имя великого полководца Дыбенко — тоже.
Благо книг о войне у нас написано много и теми книгами забиты все библиотеки.
И вот — «Размышления о минувшем» генерал-лейтенанта С.А. Калинина.
В 1918 году, солдат Калинин, вернувшись с фронта, творит революцию в Самаре.
Голод. Разруха. Положение коммунистов шаткое. Людей не хватает.
«Не помню сейчас точно, в конце марта или в начале апреля, в Самаре произошло событие, взволновавшее всю партийную организацию. В город неожиданно, без всякого предупреждения, прибыл эшелон балтийских моряков во главе с П.Е. Дыбенко. Вначале мы обрадовались новому пополнению. Но в тот же день в губком пришла телеграмма за подписью М.Д. Бонч-Бруевича. В телеграмме предлагалось немедленно задержать Дыбенко и препроводить в Москву за самовольное оставление вместе с отрядом боевой позиции под Нарвой» (страница 71).
Нам говорили, что под Нарвой — великие победы, а сам победитель почему-то сбежал, и его по всей стране ловят.
И вот самарские большевики решают, как с матросиками обойтись. Решили: делегатом идет один Калинин без охраны и без оружия. «Как только я появился на перроне вокзала, матросы взяли меня под стражу и, как „контру“, привели в вагон Дыбенко. За столом сидел богатырского вида моряк…»
Коммунист Калинин устыдил революционера Дыбенко, тот раскаялся и решил возвращаться в Москву.
Конец истории я узнал через 21 год.
26 февраля 1989 года «Красная звезда» поместила большую статью о великом полководце Дыбенко, в которой парой строк сказано: «За отход от Нарвы и самовольный отъезд с фронта Дыбенко исключили из партии. (Был восстановлен только в 1922 году.) Он предстал перед судом Революционного трибунала… Совнарком вынес решение — отстранить Дыбенко с занимаемого поста. Павел Ефимович к этому себя уже подготовил: „Конечно, я виноват в том, что моряки добежали до Гатчины…"“
Случилось вот что.
Члену первого Советского правительства товарищу Дыбенко и его доблестным матросам приказали остановить германские войска под Псковом и Нарвой.
Никаких побед пламенные революционеры ни под Псковом, ни под Нарвой не одержали, никого не остановили, неувядаемой славой своих знамен не покрыли.
Наоборот, при первых столкновениях с противником изнеженные матросики, просидевшие всю войну в портах, дрогнули и побежали.
И наш герой — вместе с ними. А может быть, впереди.
Защитники революции добежали до самой Гатчины.
Тут надо открыть карту, чтобы оценить героический путь.
120 километров бежали защитники социалистического отечества. Три марафона по глубокому февральскому снегу.
В Гатчине захватили эшелон и понеслись по стране спасать свои революционные шкуры.
Вдогонку спасающимся, глава высшего военного совета Бонч-Бруевич рассылает по стране телеграммы: поймать героев и под конвоем доставить в Москву.
Герои должны были остановить противника, но их самих надо останавливать.
Если удастся найти…
Героев обнаружили аж в Самаре.
За Волгой.
Теперь надо взять глобус, и оценить этот героический отход.
Появились герои-балтийцы в Самаре в конце марта или в начале апреля. И кто знает, где за целый месяц после великих побед они еще успели побывать. Может быть, добежали до озера Байкал, убедились, что за ними никто не гонится, и возвращаются?
Тут, по глубоким тылам, они защищают революцию: хватают первого попавшегося и допытываются, не контрик ли. Тут им храбрости хватает. Меня только вопрос интересует: а чем революционер Дыбенко все это время после бегства из-под Нарвы кормил своих революционеров? Ведь прожорливые.
Еще вопрос: а от кого революционеры побежали?
Побежали от германской армии. А понятие об этой армии весьма растяжимое. В то время германские матросики от безделья тоже бунтовали в своих портах.
В то время Германия уже голодала. В то время германская армия была уже полностью и окончательно истощена войной. Германская монархия рухнула в ноябре 1918 года. Продержалась она до ноября только потому, что товарищ Ленин в марте 1918 года подписал с кайзером Брестский мир и отдал кайзеру Украину до самого Курска и Ростова вместе с рудой, углем и сталелитейной промышленностью, вместе с хлебом и мясом.
Ленин отдал кайзеру Польшу и Прибалтику, выплатил огромные репарации золотом и хлебом. Вот оттого кайзеровская армия и дотянула до осени.
Но в феврале 1918 года, всей этой ленинской помощи кайзеру еще не было, потому Германия стояла на самом краешке, стояла над пропастью.
Юрий Фельштинский пишет: «Но самым удивительным было то, что немцы наступали без армии. Они действовали небольшими разрозненными отрядами в 100-200 человек, причем даже не регулярными частями, а собранными из добровольцев. Из-за царившей у большевиков паники и слухов о приближении мифических германских войск города и станции оставлялись без боя еще до прибытия противника. Двинск, например, был взят немецким отрядом в 60-100 человек. Псков был занят небольшим отрядом немцев, приехавших на мотоциклах. В Режице германский отряд был столь малочислен, что не смог занять телеграф, который работал еще целые сутки»
