Наморщив ум, все эти последние дни
высоколобые любители здравого смысла
утверждали: «Невозможно. Это – слухи. Ну, не
настолько же он идиот? Он же понимает, что в
случае агрессии… Да нет, не может быть. Это
же – Украина, а не какая-то там Осетия. Ну,
не прокатит же, как в прошлый раз. Это –
маневры внутри элиты, внутренняя борьба, а
Путин на это не пойдет, он же – не
самоубийца…»
В последние сутки кто только с ним не
разговаривал: и Обама, и Кэмерон, и Меркель.
Они убеждали друг друга и соглашались;
подчеркивали и выражали озабоченность. Как
с той, так и с другой стороны.
Обама говорил:
- Целостность Украины незыблема.
- А как же, конечно, - соглашался «друг
Владимир».
Кэмерон подчеркнул:
- Это нарушит Будапештское соглашение!
- Недопустимо нарушит, - подтверждал
партнер из Кремля.
Меркель настаивала:
- Необходимо соблюдать достигнутые
договоренности!
- Непременнейше, - обещал дрезденский
Штирлиц.
Эти изнеженные «главы государств и
правительств» клали трубки на рычаги
телефонов и вытирали пот со лба: «Он нас
услышал. Мы до него достучались. Он в курсе
нашей озабоченности. Он не допустит
дестабилизации». А российские войска все
глубже и глубже погружались внутрь
территории Крыма, лязгая гусеницами танков
и грохоча «вертушками» в небесах…
Общая системная ошибка: «В Кремле –
умудренный опытом политик, который может
совершить ошибку, но может и не совершить.
Нам надо уберечь его от непоправимого…»
Но в Кремле – не политик. В Кремле –
уголовник. Он с презрением разводит
«лошков» и пользуется плодами своей
хитрости. Обещая одно, делает прямо
противоположное, добиваясь собственных
целей – чего бы это ни стоило. Любая попытка
любезных увещеваний воспринимается им как
слабость и страх собеседника. Он –
одержимый бесами распоясавшийся
криминальный элемент, получивший в
татуированные руки политические рычаги и
финансовую мощь огромной страны.
Огромной – по населению и неисчерпаемой по
природным ресурсам. Он – банкует, вы –
проигрываете. И будете проигрывать до тех
пор, пока будете позволять ему
манипулировать исторической колодой. Он –
восставший после пьяного угара Кузькин папа,
взявший в руки дубину и готовый отправить к
праотцам все чистоплюйское сообщество,
возомнившее себя цивилизованным миром. В
его похмельном мозгу звучит бравурный
марш, а изо рта вырывается свежий выхлоп
самогона – главного культурного наследия
постсоветской эпохи.
А теперь думайте: уговаривать его и дальше
или просто вырвать из рук дубину и свернуть
башку…
Но так хочется верить в лучшее( а лучшее наступает-валится рупь, валяться накуй планы пу и к*, валится многое,запад обещает поддержать нам штаны ... спасибо западу,реально помогли!)
Тебе никто не говорил, что ты ужасно предсказуем?
