Counterfeit
25-07-2006, 01:34
Что скажете на это, господа присяжныеобладателиутончённоговкуса?
Ключ
Какой-то есть зверь
В слабом теле моём.
Меня пожирает
Он прямо живьём.
И некуда спрятаться мне от него,
Ведь он же внутри меня самого.
Он боль причиняет всему телу живому,
От боли безумной в сознаньи фантомы.
Они возникают, струятся сквозь пальцы,
Моргнёшь – исчезают, как трусливые зайцы.
Но боль остаётся, ведь зверь не уходит.
Напротив – он всё в большую ярость приходит.
Он хочет из тела выпить все соки,
Чтоб после клевали глаза мне сороки.
И снова фантомы кружатся вокруг,
Тесней и тесней берут меня в круг.
Тьма обступает,
И тёмные лица
Шепчут тихонько:
Пора веселиться!
И в хохоте диком уносятся вдаль,
А небу вверху становится жаль
Того, кто боится так тьмы напускной,
Того, кто не может быть честным с собой,
Того, кто кричит, пресмыкаясь во тьме,
Того, кого жизнь потеряла во мгле,
Того, кого ангел оставил хранить,
Того, кого демон устал уж чернить,
Того, кто забыл все лица богов,
И кто очернил память наших отцов.
Всех их пожалеть вдруг небо решило,
Но только зачем? Они же все согрешили.
Они получат прощенье от Бога,
А как же другие живые народы?
Они чтят Твою память, охраняют Твой прах,
А Ты им отвечаешь безразличьем в глазах.
Ты смотришь с икон, но не видишь страданий,
Вокруг плач и стон, но Тебе же не до стенаний.
Ты хочешь заблудшие души скорее спасти,
А как же все те, что дохнут в пути?
В пути к просветленью, к прощенью, к Тебе,
А Ты же их гонишь всё дальше во тьме.
Как скот на убой идут за Тобой
И не знают, что ангел и бес то одно творенье небес.
Полагают, глупцы, что неба творцы
Даруют им радость и вечный покой.
Сколько времени может пройти,
Сколько воды сквозь ладони уйти
И песка сквозь пальцы утечь,
Чтоб поднял человек на богов острый меч?!
Уж лучше погибнуть с открытым забралом,
Чем жить на коленях, жалким и слабым.
И пусть схватка с богами совсем не равна,
Пусть фатальный исход предрекает нам тьма,
И, пускай, человек навсегда обречён:
Двери в Рай он откроет настоящим ключом.
Ключ
Какой-то есть зверь
В слабом теле моём.
Меня пожирает
Он прямо живьём.
И некуда спрятаться мне от него,
Ведь он же внутри меня самого.
Он боль причиняет всему телу живому,
От боли безумной в сознаньи фантомы.
Они возникают, струятся сквозь пальцы,
Моргнёшь – исчезают, как трусливые зайцы.
Но боль остаётся, ведь зверь не уходит.
Напротив – он всё в большую ярость приходит.
Он хочет из тела выпить все соки,
Чтоб после клевали глаза мне сороки.
И снова фантомы кружатся вокруг,
Тесней и тесней берут меня в круг.
Тьма обступает,
И тёмные лица
Шепчут тихонько:
Пора веселиться!
И в хохоте диком уносятся вдаль,
А небу вверху становится жаль
Того, кто боится так тьмы напускной,
Того, кто не может быть честным с собой,
Того, кто кричит, пресмыкаясь во тьме,
Того, кого жизнь потеряла во мгле,
Того, кого ангел оставил хранить,
Того, кого демон устал уж чернить,
Того, кто забыл все лица богов,
И кто очернил память наших отцов.
Всех их пожалеть вдруг небо решило,
Но только зачем? Они же все согрешили.
Они получат прощенье от Бога,
А как же другие живые народы?
Они чтят Твою память, охраняют Твой прах,
А Ты им отвечаешь безразличьем в глазах.
Ты смотришь с икон, но не видишь страданий,
Вокруг плач и стон, но Тебе же не до стенаний.
Ты хочешь заблудшие души скорее спасти,
А как же все те, что дохнут в пути?
В пути к просветленью, к прощенью, к Тебе,
А Ты же их гонишь всё дальше во тьме.
Как скот на убой идут за Тобой
И не знают, что ангел и бес то одно творенье небес.
Полагают, глупцы, что неба творцы
Даруют им радость и вечный покой.
Сколько времени может пройти,
Сколько воды сквозь ладони уйти
И песка сквозь пальцы утечь,
Чтоб поднял человек на богов острый меч?!
Уж лучше погибнуть с открытым забралом,
Чем жить на коленях, жалким и слабым.
И пусть схватка с богами совсем не равна,
Пусть фатальный исход предрекает нам тьма,
И, пускай, человек навсегда обречён:
Двери в Рай он откроет настоящим ключом.